Война ангелов. Великая пустота

Ну, помогайте теперь все боги, новые, старые, и даже Спаситель!

Он обмотал вокруг локтя верёвки, на которых тащил Древнюю, подставил череп под поток силы, льющийся из кристалла, и осторожно повернул монету, от руны Исс в сторону руны Уруз – знака усиления, целостности. Череп издал торжествующий вопль – у ловца аж уши заложило, – глазницы вспыхнули ярко-алым; запрокинулся в своём гнезде, челюсти раскрылись, и многократно усиленный и преобразованный поток ударил вверх. Эвархе осталось только быстро подставить под него путеводитель с отмеченным городом.

Результат превзошёл все ожидания. Несколько томительных ударов сердца ловец ждал, а потом путеводитель в его руке мелко завибрировал и разлетелся в облако сверкающей пыли – Эварха едва успел зажмуриться. Череп взвыл, пропуская через себя сжатый руной Уруз поток, перстень раскалился, обжигая руку даже сквозь перчатку, задёргался – но ловец сумел удержать его. Открыл глаза и едва сам не заорал: на месте распавшегося путеводителя, то есть прямо перед носом, раскатывалась ртутно-серебряная полоска тропы.

Яркой, сияющей, блестящей, словно полоска льда под ярким солнцем. И она не просто раскатывалась – стремительно удлинялась, и ловец всё явственнее ощущал её притяжение.

Вот тропа вытянулась на сотню локтей, вот уже явно дотянула до тысячи, а вот – конец её утонул в жемчужной дымке. Тропа расстилалась дорогой тафтою из наилучших, самых богатых лавок, манила – только ступи!

– И это, значит, вот так я домой доберусь? – выдохнул ловец.

Что-то было в этом слишком уж красивое, слишком вычурное, слишком напоминало капкан.

Но делать нечего. Эварха, кривясь, сперва собрал рассыпанные пожитки, затем потянул за собой кокон с Древней. Однако стоило ему ступить на блистающее серебро тропы, как ноги заскользили сами собой, не находя опоры, с каждым мигом всё быстрее и быстрее. Кокон с богиней, более тяжёлый, увлекал его за собой. Эварха не удержался, несмотря на всю природную ловкость полуэльфа; хлопнулся на пятую точку, распластался, всем телом прижимаясь к тропе, вцепившись в верёвку.

Он мчался вслед за своим грузом, а мимо проносилось пространство, размывшееся от скорости в туманный свет.

Его пробило ужасом – как удержаться на поворотах при этакой-то быстроте?! Или выкинет в Ничто, или размажет, случись рядом что-нибудь твёрдое! Или о кокон приложит так, что последние рёбра поломаются…

Однако длилось это недолго.