Всего лишь я

— Мне тут Тайа рассказала, что с вами всеми приключилось за последние недели. И признаться, ее рассказ меня не обрадовал.

— Отчего? — поинтересовался Кайс.

— Много совпадений.

Трафо никак не мог понять, о каких совпадениях ведет речь Грумм. Неужели и ему пришлось побывать в каталажке, сбежать из-под стражи, изображать из себя девушку, обряжаясь в платье, повстречаться с армией Эши и увидеть воочию живую легенду Ганута?

— Каких именно? — подсевшим до хрипоты голосом, спросил Трафо.

— Это касается карт. Как сказала Тайа, некто Ганут поведал вам о абсолютных осколках и о Разрушителе.

Так вот, он не все вам рассказал. Разрушитель действует не один, как это может показаться. У него есть союзники. Темные, я полагаю.

— Ничего не понимаю. А совпадения в чем?

— А в том, что всем нам, тем, кто так или иначе зависит от карт, в последнее время приходилось туго. Теперь, после рассказа Тайи я понял: Разрушитель стал действовать. Иначе объяснить то, что происходит в клане оборотней, в моем родном Вертепе, не объяснить.

— А что у вас тут происходит? — решил поторопить Кайс замолчавшего Грумма.

Грумм тяжко вздохнул, посмотрел на дочь, словно испрашивая у нее: «Им можно доверять, ты уверена?» Тайа кивнула.

— На протяжении многих лет наш клан воспитывал своих собирателей. Да, мы воруем детей, покупаем их, и воспитываем. Оборотни не могут управлять осколками, но без них нас бы уже давно не было. В этом мире, где каждый человек, и собиратели не исключение, считают нас выродками кровожадными, и пытаются убить при первом удобном случае… Собиратели, наши собиратели, исключают возможность широкомасштабной войны против нас.

А мелкие стычки — ерунда. Да, многих из нас отлавливают и жгут на кострах на потеху публике. Многих из нас продают в рабство, ведь оборотни физически много сильнее обычных людей. Но никто, повторю — никто и никогда не соберет такую армию, которая бы рискнула напасть на Вертеп. Наши собиратели дали бы в таком случае отпор сильный и беспощадный. Ибо эти люди, выросшие среди нас, понимают, что мы не звери, мы просто другие. И готовы умирать за нас, и убивать. Не криви лицо, Трафо. Ведь ты Трафо? Так вот, не спеши с оценками. Мне так же не по нутру убийство, как и тебе. Но тебе бы уже пора понять — жизнь такова, какая есть. И если мне необходимо убивать, чтобы жить, я стану убивать.

— Это неправильно, — устало ответил Трафо.

— Да, неправильно, — легко согласился Грумм. — Но это так. И не иначе.

Грумм встал и вышел из-за стола.