Всего лишь я

Любопытные красивые рыбы тыкались в колени и ступни, приятно щекотали своими огромными плавниками, похожими на крылья птиц. Так он мог сидеть часами, не думая ни о чем и обо всем на свете.

Поднял взор свой и, к удивлению, заметил, что место его излюбленное занято. Да не кем-то из работников, что частенько отдыхали у бассейна в прохладе, а сыном Глута — Трухо.

Трухо, заприметив гостя, вытащил ноги из воды и уже собрался ускользнуть — не успел. Трафо окликнул его.

— Погоди! Поговорим.

Нехотя остановился сын Глута, резко вернул ноги в бассейн, брызгами замочив подвернутые штаны.

Не заметил, уткнулся носом в сжатые кулаки. Сердится. Заметил сердитость эту за ним Трафо давно. Заметил и удивился было, да поразмыслив, понял — ревнует парень. Кажется ему по юности его, по горячности, что все отвернулись, променяли. И не любят, не ценят сына.

Подошел, присел около, закатал штаны и рядом поставил свои ноги с его ногами. Рыбина, огромная, ярко-желтая, испуганно прыснула в сторону.

— Глупая…Чего боится? —спросил и скосил глаза на Трухо.

Тот не ответил, так же молча сидел, спрятав нос в кулаках. Задать ему вопрос? Нет. Трухо сам должен выговориться, без понуканий. Ждать, вот что верно. Молчать и ждать, пока юное горячее сердце само не выдержит тягостного молчания и не выплеснет наружу все, что тяготит его.

Так и случилось. После непродолжительного молчания Трухо заерзал на месте, словно сидел не на прохладном камне, а на раскаленной плите. Сквозь зубы зло бросил:

— Зачем ты появился в моей жизни?

—Я? — удивленно переспросил Трафо.

— Мне-то, темному, казалось, что это вы появились в моей жизни. Я вас не искал.

Трухо упрямо затряс головой.

— Не цепляйся к словам. Ты понимаешь, о чем я говорю. Как только бабушка заговорила, и отец, услышав ее речи, похватал всех нас, посадил в кибитку и выехал за стены этого дома, то вся моя семья только о тебе и говорила. Мама, отец, бабушка… Нет, ты не подумай — я очень тебе благодарен за исцеление сестры, но…

— …все говорят обо мне, а не о тебе,— закончил за подростка Трафо.

— Это мне бабушка должна была передать свои знания и карты. Мне, а не тебе.

Трафо протянул руку к медному подносу, что стоял невдалеке, отломил кусочек лепешки, протянул подплывшему к ногам карпу. Рыбина, вытянув губы из воды, несмело приняла угощение, и, ударив сильным хвостом, отплыла на безопасное расстояние. Разноцветная мелочь сбилась стайкой вокруг головы ее, каждая маленькая рыбка спешила отхватить крошку от размокшей лепешки.