Всего лишь я

Когда он, не замечаемый взрослыми, которые то и дело восхваляли властителя, подошел к очередной переполненной вазе с бьющей из центра струей холодной прозрачной воды, ему в бок уперлось жало ножа. Тихим детским голосом ему объявили о его пленении и призвали не делать резких движений. Когда он осторожно и медленно повернулся, то взор его уперся в чистые синие глаза, искрящиеся умом и задорной веселостью.

— Кто ты, раб? И что делаешь на моей земле?

Первым порывом Нукта было как следует врезать между этих синих омутов, чтобы чуб волнистых волос подлетел кверху, а зубы клацнули.

Тем более, что драться его учили столько, сколько он себя помнил. Справиться с этим щуплым и дерзким пареньком, чей убогий вид никак не вязался с дворцом, не отняло бы много сил и времени. Но что-то внутри него говорило — не надо. Поборов в себе ярость, он сказал:

— Я не раб. Меня зовут Нукт, и я сын советника Величайшего.

— Какого именно? — щуплый прищурил один глаз.

—Зайдра, — не без гордости ответил Нукт и посмотрел с вызовом на наглеца. Что он ответит? Или просто сбежит, узнав, с кем намеревался шутить?

— А, знаю, — кивнул заморыш, — умный дядька. Так и быть, прощаю тебя.

От подобной наглости Нукт поперхнулся. Оказывается, это его прощают. Интересно бы узнать, за что? Словно прочитав его мысли, мальчишка приобнял его за плечи и, увлекая за собой, принялся втолковывать очевидные, по его словам, вещи.

— Я родился во дворце. Ты пришел ко мне домой. Я счел твое поведение наглым, захватил тебя в плен. Отныне ты мой раб.

Не давая Нукту очухаться, мальчишка указал ему в сторону трона, на котором восседал Величайший.

— Слева от трона, видишь?

Нукт понял, на что пытается обратить его внимания этот оборванец. Рядом с троном величайшего находился точно такой же трон, только в три раза меньше. На этом миниатюрном символе власти дремал очень пухлый мальчик на год или два старше самого Нукта.

— Наследник, — пояснил проныра. — Сейчас я тебя с ним познакомлю.

— Ты?

Нукт не мог поверить, что их так запросто пропустят к наследнику. Если честно, то он даже слегка побаивался. Чего доброго, голову отрубят. Ему так точно. А этому странному незнакомцу? Кто он? Сын дворцовой служанки? Если так, то он либо очень храбрый, либо очень глупый. На глупца этот заморыш похож не был.