Остров

— На сей раз ты позвала меня, Госпожа. Но камень все еще не у меня...

— Представь, я знаю.

— Хорошо представляю. Но пусть тебя не смущают...

— Прекрати их преследовать! Пусть идут своим путем!

— Я не понимаю...

— Тебе и не надо понимать. Раз ты не смог заполучить камень, я сама сделаю это!

— Госпожа, ты говоришь так, словно хочешь от меня избавиться... А как же наш договор?

— Магистр, ты из рук вон плохой жрец. И делаешь все не как верующий, а как торгаш, ищущий прежде всего своей выгоды.

— Возможно, это потому что я хорошо знаю, кому возношу свои молитвы.

..

— Молитвы? Эти требовательные манифесты ты называешь молитвами?!

— Как умею, Госпожа, как умею. Со всей верой и преклонением...

— Лицемер... Вот тебе моя воля: прекрати преследования полукровок. Ситуация изменилась, они сами придут куда надо. Готовься.

— Госпожа, я страшно рисковал, организовывая погоню, нанимая бойцов, мороча головы службе безопасности... Как я теперь объясню исполнителям, что все изменилось и награды не будет?

— Ты верховный жрец.

Придумай что-нибудь. Как придумывал пять эпох. Ведь ты жаждешь награды, а она близко…

Магистр скрипнул зубами, но промолчал.

Из сердца цветка раздался смешок, и золотой огонь пропал.

«Близко. Как локоть», — зло подумал маг-жрец.

Явление третье. «Пойди туда, не знаю куда…»

Колокол разносился по всему замку, по тревоге поднимались части замковой стражи. Счет шел даже не на четки.

— Дальше вы пойдете одни, — остановился дарг’юш перед выходом из галереи. — Не заблудитесь, хе-хе, тут все время прямо по лестнице.

Наверху будет камера, куда смертные войти не могут... ну, не могли. Не знаю, какие силы они применят на сей раз, но думаю, они прорвутся. В камере есть еще один выход, он ведет к подножию башни. Я буду ждать вас там. Надеюсь, вы сумеете пробиться и не привести за собой весь гарнизон, хе-хе...

Полукровки не ответили, устремившись вверх.

Переход из темной галереи в башню был разительным: вокруг сияли магические светильники — не тусклые светлячки городов, а неистово яркие, слепящие.

Лестница действительно была одна. Змеей она обвивалась вдоль ствола башни, уходя на самый верх. Внизу уже началось движение, хотя отсюда было толком не видно, что там происходит.

Тарташ бежал впереди, Инглав замыкал процессию.

Дыхание закончилось где-то на середине. Все трое в один момент остановились, ловя воздух ртом.

— Это неестественно, — хрипло дыша, заметил Инглав. — Я поднимался и выше, и быстрее — и не чувствовал себя выжатой тряпкой.