Ветер из Междуморья. Книга 1. Джай

Менестрель положил обоим спутникам руки на плечи и их окутал туман, в котором потрескивали суетливые искорки. 

Троица исчезла.

- Кто это такой? – после затянувшегося молчания раздался перепуганный голос одного из купцов.

Трактирщика из окаменелости, вызванной высшей степенью удивления, вывела мысль, что странные пришельцы не заплатили за обед ни одной дрянной монеты! 

- Смарг их побери!.. – заорал он, отбрасывая тряпку и спеша к столу, где только что сидели наглые гости. Хрупкая надежда, что те оставили там хотя бы огонек… хотя бы жар – медную монетку… еще теплилась в нем.

«Огонек!» - вдруг вспомнил трактирщик, обернулся и уставился на потолок, где все еще висел сияющий шарик, ярко освещая закопчённые балки и мохнатую от пыли паутину под ними. 

Трое купцов уже стояли прямо под этим местом. Их пронырливые умишки успели сообразить, что это может быть такое. Трактирщик боялся поверить. 

Он, ругаясь, растолкал, алчно поигрывающих желваками и сверкающих жадными глазами, торгашей, протиснулся между ними, тяжело влез на стол – поди, не юнец уже.

Трактирщик раздраженно стянул облепившую ему лоб паутину, чихнул от пыли, потянулся, чувствуя, как хрустнули кости, но таки достал огонек. 

Теплый, сияющий, как солнце! Перл Огненосца! Точно – он! Такие штуковины стоят дороже, чем чистой воды алмазы! Он расхохотался!

- Я богат!.. Я богат! К смаргу трактир!.. Я богат!.

Трепетно зажав огонек в ладонях, трактирщик огляделся, думая, как слезть со стола без помощи рук. В конце концов, он спрыгнул, ухнул от боли, прошедшей от пяток выше по костям до самого копчика. Сделал несколько некрепких шагов, пытаясь удержать равновесие, это удалось - он выпрямился, торжествующе осклабился, скривившимся, будто от кислятины, купцам, и, так и не разжимая рук, пошел наверх, крича по дороге Борку:

- Выгоняй всех взашей! И закрывай трактир! Я богат!.

На стоянке

1188 год со дня основания Города Семи Огней. Завалонская долина. 

- Тафин Довирдос? – протянул Адонаш. – Джай, ты хотя бы запоминаешь имена, которыми называешься? Это уже двенадцатое на моей памяти за последний год.

Мастер Адонаш потянулся, прислонился к дереву, зевнул. 

- Не двенадцатое, а тринадцатое, - исправил его Скайси, усердно натиравший зеленой жижей косичку на макушке.