Заклинатель четырёх стихий

Те, кто остался в сознании потихонечку расползались сознании стали потихоньку расползаться по тёмным углам. Для них бой закончился.

Второй огненный шар с гулом пламени в паровозной печи улетел в сторону костлявого наместника. Тот побледнел ещё больше, зашлёпал губищей... Громыхнули смыкаемые щиты. Фаербол рванул. В воздухе поплыл запах раскалённого металла. Невероятно, но бодигарды выстояли. И теперь отходили, прикрывая собой охраняемое тело.

Эдик, хоть его и душила меркантильная ярость, всё же дождался команды к атаке и только потом рванулся вперёд.

Его не смутили даже два бронированных гамадрила, с ног до головы закованных в сталь. Да он и не собирался с ними в единоборство вступать. Главное — до нарядного придурка добраться. А потом пусть попробуют поймать. В своих железяках-то. И он, раскручивая секиры, пошёл вперёд с твёрдым намерением восстановить свои права на замок и на сокровища.

— Сейчас я тебя научу чужого не брать, раз в детстве родители не научили, — бурчал Эдик, кривя губы в недоброй улыбке.

Двери распахнулись и в зал начали вбегать латники в гребнистых шлемах, вооружённые длинными копьями. Их количество увеличивалось с каждой секундой —толстый десятник не соврал про подмогу. Подоспевшие воины выстраивались в шеренги, перегораживая помещение. Человек тридцать набежало, не меньше. Численный перевес придал им уверенности, и они ринулись в контратаку.

— Эддард, оставь его. Уходим, — отозвал Эдика Деккер.

Он уводил людей в серебряный рудник. Отряд копейщиков им уже не потянуть, а терять бойцов, без веской на то причины, рыцарь не собирался.

Эдик остановился. До наместника ему теперь добраться не дадут, как бы этого не хотелось. Пришлось плюнуть на эту затею и догонять отступивший отряд. Чародей умерил энтузиазм бароссцев, напоследок запулив в них ещё два огненных заклинания, и тоже скрылся в штольне.

*****

— Твою мать, я даже в армии столько не бегал, — пробормотал Эдик по-русски, поравнявшись с Деккером.

— Что ты сказал? — переспросил тот.

— Забей. Береги дыхание.

Эдик уже не злился. Вся злость пошла на поддержку сил для очередного марш-броска. А механическое переставление ног в ровном темпе, как нельзя больше способствовало размышлениям.

Если отбросить нелепицы вроде магических печатей, порталов в другие миры и прочего перемещения во времени-пространстве, получалася не уж это и чудесный мир, как его Деккер расписывал. Ну, или сам он — восторженный идеалист, несмотря на весь его брутальный вид и впечатляющие габариты.