Заклинатель четырёх стихий

Надо будет ещё в этот вопрос вникать, раз уж придётся здесь оставаться.

Впереди раздался смачный пинок, ругань, истошный визг, какие-то тени сыпанули в стороны. Отряд ходом протопал по заваленной решётке, между делом всполошив стаю крысоидов, пировавших на трупах гоблинов и рогачей.

А вот, наконец, и шум воды. Люди выбежали к горной речке. Немного времени выгадали, но медлить было нельзя. Костлявый наверняка снарядил погоню.

Маг вскинул руку вверх.

— Соберитесь вокруг меня! — сказал маг с интонациями детсадовского воспитателя и вскинул руку вверх.

Народ облепил чародея, как пчёлы медовую соту. Доспехи цеплялись, оружие мешалось, но в конце концов справились. С пальцев волшебника слетела яркая звёздочка, зависла в полутора метрах над его головой и окуталась молочной дымкой. Мутное марево потекло вниз, трансформируясь вокруг людей в туманную сферу. Зрелище было настолько захватывающим, что один из бойцов не сдержал восхищения. И в порыве восторга пихнул соседа локтем в бок.

И всё бы ничего, но только этим соседом оказался Эдик.

Как на беду, худых и немощных в отряде не водилось, поэтому результат был закономерен. От тычка бронированной рукой он шатнулся назад, оступился и полетел в речку. Вскочил, фыркая и отплёвываясь. Рванулся обратно. Поскользнулся на склизком окатыше и снова плюхнулся в воду. Когда ему удалось подняться, то даже самому законченному оптимисту стало бы ясно, что Эдик уже никуда не успеет.

Сфера заколыхалась желеобразной субстанцией и начала терять прозрачность, покрываясь белой коркой.

Так холодец покрывается слоем застывающего жира, если понаблюдать за ним в холодильнике. Изнутри доносились возбуждённые голоса. Казалось, заговорили все разом. Отдельных слов было не разобрать.

— Эддард! — сквозь общий гвалт прорвался крик Деккера.

Это было последнее, что удалось услышать. Сфера схлопнулась и осыпалась восковыми обломками. Орденский отряд растворился в ослепительно яркой вспышке.

— Ну как так-то?!

Обессилевший Эдик осел на колени, бездумно перебирая пальцами голыши на дне.

Твою же мать! Закончится это когда-нибудь? Но долго сидеть и киснуть ему не пришлось. Ледяная вода горной речки быстро смыла ненужные эмоции и привела его в чувство. Сиди, не сиди, а предпринимать-то что-то нужно.

Эдик тяжело вздохнул и пошлёпал к берегу.

Было немного обидно. Как всякую нечисть лупить, рискуя жизнью — это пожалуйста. А как спасаться, улетая в безопасные края — извини-подвинься.