Гений 30 лет Спустя

Но вот из дыма медленно проявилось существо. Кажется, движущееся, и даже кажется живое. Линь Фан присмотрелся к нему и растерянно моргнул.

Во дворе его дома появилась девушка. С короткими, примерно до висков, ровными белыми волосами; в облегающем чёрном костюме, плотном ровно настолько, чтобы скрывать все подробности её фигуры, но при этом ясно подчёркивать изгибы её тела. Не то чтобы было что подчёркивать, однако, подумал Линь Фан. Своим ещё немного плавающим сознанием мужчина заметил, что девушка, несмотря на свой внушительный рост, — причиной которого вскоре оказались высокие каблуки, встроенные в её костюм — была довольно непримечательная.

Её фигура была ещё недоразвита. Ей было примерно пятнадцать-шестнадцать лет и она сидела на диете.

Сильнее внимания мужчины привлекло её личико. Его можно было бы даже назвать милым, если бы не совершенно каменное выражение и нездоровая, меловая бледность; её лицо было не просто беленьким, а совсем белым, как у мертвеца.

Глаза этой девушки, — молочно-серые пятнышки на кромешной белизне, — схватились за Линь Фаня, удерживая дыхание мужчины, но ненадолго.

Девушка быстро оставила его, не предавая особого значения раненному мужчине, после чего медленно перевела свой взгляд на девочку у него за спиной. Мая вздрогнула.

А девушка вытянула свою руку в облегающей чёрной коже, и на ней вытянулось острое чёрное лезвие.

В именно в это мгновение Линь Фан ощутил самое бодрящее чувство, которое только может быть в этом мире: жажду крови.

Мужчина немедленно отпрянул от окна, поскользнулся и полетел на землю. Мая встрепенулась и бросилась его поддержать, но хрупкая девочка не смогла выдержать вес высокого взрослого мужчины, и он повалил её на землю. Раздался тихий вскрик. Линь Фан немедленно скатился с ребёнка, оскалился от боли и со всей силы врезал кулаком о пол, что аж пыль поднялась, и рявкнул:

— Формация!

В следующую же секунду девушка снаружи вдруг отпрянула назад, очень резко, как будто его вытолкнула невидимая сила, после чего перед нею вспыхнул сияющий барьер.

Вокруг дома загорелись мудрёные узоры. Явила себя непреступная черта. Линь Фан с напряжением всей своей воли приподнялся и свалился на кровать. Дыхание мужчины было частым и нестройным.

— Кто это? — спросил он, смотря на Маю. Она к этому времени уже тоже приподнялась и совершенно растерянно, с приоткрытыми губками, смотрела в пол. Голос мужчина как будто привёл ей в себя.