Тень огня

Ну и объясни им, что это не так, - отмахнулся Сомов. Ему сейчас было не до детских восторгов и переживаний юноши. Возникло множество новых вопросов, на которые пока не было ответа.

- Не могу.

- Хочешь, чтобы это сделал я? – вздохнул Михаил.

- Ни в коем случае! Понимаешь, - студент несколько замялся, – мне не хочется их разочаровывать.

- Они могут узнать правду от других людей.

- Поэтому я к тебе и подошел. Не мог бы ты переговорить с Гогой? Боюсь, как бы он не испортил мне вечер своими дурацкими шутками.

- Ты хочешь, чтобы он называл тебя «прынцем»? – вспомнил Сомов титул, которым Топор наградил студента.

- Пусть он вообще ко мне не подходит, когда я общаюсь с дамами, - напыщенно заявил Марицкий.

- А ты не боишься, что они тебя съедят?

- Кто?

- Вон те пышногрудые леди.

- Ну что ты, они такие милые и добрые.

- А как же Алура? Гравзу твое «общение» может не понравиться.

- Я же не собираюсь со здешними красотками под венец. А все остальное, как сказал сам князь, до свадьбы не возбраняется.

- По-моему, ты склонен кидаться из одной крайности в другую. То у тебя единственная богиня, без которой свет не мил, то теперь выясняется, что их много и каждая должна быть твоей хоть ненадолго.

Вообще-то это было не его дело, но «старший по званию» считал себя морально ответственным за юношу, который угодил в этот мир только благодаря ему.

- Давай не будем вспоминать. Сознаю, был дураком. Так как насчет Скальнова?

- По-моему, сейчас ему совершенно не до тебя, - Михаил кивнул в сторону, где ворковали Руена и Егор.

- Вот и здорово! – обрадовался Марицкий. – Спасибо.

- Не за что, - пожал плечами «благодетель».

Студент уже собирался уходить, но вдруг заметил:

- У тебя шея в крови. Что-то случилось?

Михаил провел ладонью ниже затылка:

- Наверное, в саду поцарапался.

- Помощь не нужна? Мои красотки рассказывали, что умеют виртуозно обрабатывать раны.

- Я уж как-нибудь сам, - что-то подсказывало раненому, что их «обработка» может оказаться довольно своеобразной.

- Как хочешь, - Марицкий поспешил к ожидавшим его девицам.

«Вот тебе и не Казанова! Кто бы мог подумать?»

Сомов направился в свою комнату, но возле самой двери его остановил собственный пес.

- Ты чего?

В ответ «друг человека» приглушенно зарычал.

- Нет, ну нельзя же быть таким мнительным! По-твоему, нас на каждом шагу поджидают неприятности? Отстань. Тоже мне – комиссар Рекс!

Михаил с трудом высвободил штанину из пасти мохнатого охранника и распахнул дверь.