Быть орком Часть II. Мир с изнанки

Бесконечный год без передыха, когда гиперактивное подросшее чудо не дает тебе даже в ванной комнате посидеть подольше, выдохнуть. Просто, тупо, пять минут на себя не дает…

И вот ты хватаешь это чудо подмышки, потому что оно опять изгваздалось по уши, держишь над раковиной и отмываешь эту маленькую мордашку. И, неожиданно, ловишь отражение в зеркале: круглое личико, взлохмаченные волосики дыбом, как наэлектризованные, живые яркие глазки, носик-курносик и два маленьких нижних зуба, которые только-только вылезли и поэтому жутко чешутся – беззубые челюсти сжимаются, пытаясь снять зуд – и на щеках ямочки.

И в целом выражение на моське: ожидание - когда уже отпустят, и можно будет бежать дальше по своим детским важным делам?! Беззубый акуленок, мимимишный «тиранчик», вокруг которого вертится весь мир.

И ты эту маленькую моську с нежной кожей - целиком ладонью оттираешь, ибо изгваздался по самые брови.

И понимаешь: это стоит всего! Всех ночей и сил – тех, что потрачены, и тех, что еще будут потрачены, на годы вперед…

И вот однажды это великовозрастное чудо - под два метра тощее реальное «чудовище» - приводит знакомить с мамой свою девушку.

Мама в шоке.

- Что за маньяка ты привел?? - мама отвела сынулю в сторону, с испугом глядит в сторону кухни. Там, довольно мускулистая девушка с копной сине-зеленых спутанных волос, собранных на макушке, как сноп сена, орудует ножиком.

Эта хрупкая девица притащила целую тушу кабана на своем плече с видом, будто сама лично добыла в подмосковном пригороде! Сбросила добычу на небольшой столик на маленькой кухне и вечер сразу перестал быть томным.

Она по-хозяйски осмотрела все имеющиеся ножи на предмет годности и, не удовлетворившись, вытащила свой тесак из-за пояса. Проверила остроту лезвия, проведя вдоль кожи предплечья, срезая волоски - как мужик какой-то! А потом принялась разделывать тушу с ловкостью и точностью мясника со стажем! Будто всю жизнь, с младенчества, свиней свежевала!

- Кого ты привел в дом?? - с ужасом вопрошала мама.

Нынче она дико жалела, что сынуля уже вырос, и нельзя, как прежде, всыпать ему ремня!

Сына смущенно улыбнулся, нежно посмотрел на свою женщину и пожал плечами, не находя подходящих слов. И столько в его глазах было затаенного счастья, что мама тяжело вздохнула.

- Эх, ты! - она любя отвесила сыну нежный подзатыльник. Немного не дотянувшись, попала по уху.