Избранная

Вижу, ты мне не веришь, но я и не рассчитывал, что поверишь. Особенно в таком-то месте, как "Бездна".

Естественно, я не верю тренеру. Чего он добивается, рассказывая свою предысторию? Я уже потеряла логическую составляющую диалога и совершила попытку выскочить из тренерской, но Григорий Максимович ухватил меня за руку, помешав сорваться. Мы с тренером встретились взглядами. В его глазах я увидела… Нет, это не может быть правдой! Я отказываюсь это воспринимать! Однако зачастую глаза — самый, что ни на есть истинный показатель чувств человека, и я не могу игнорировать немую мольбу в глазах, казалось бы с железным характером тренера.

Я отвернулась — невыносимо!

Вдруг я почувствовала, что крепкая рука Григория Максимовича отпустила меня.

— Я глупец. — Убитым голосом изрёк тренер, — Иди, если хочешь — иди. Твоё право.

Я в исступлении пялила в стену, в полутьме которая виделась не белой, а грязно-серой. В наступившей гробовой тишине мне слышалось только моё редкое дыхание. Я как будто запретила себе дышать полной грудью, боясь не то удара под дых, которого явно не последовало бы, не то электрического разряда, несуществующего на данный момент — у тренеров "Бездны" нет электрошокеров, задача "долби подростков током" целиком лежит на смотрителях, коих в комнате не наблюдалось.

Я нерешительно направилась к выходу из тренерской и прежде чем выйти за дверь, не оборачиваясь сказала:

— Вы ошибаетесь, у меня никогда не было права.

Глава 13

Меня, как я не старалась, всё не отпускало после разговора с тренером.

Голова, и так забитая побегом Логинова и Истоминой, разрывалась от противоречивых мыслей о Григорие Максимовиче. По пути в свою комнату мимо меня проходили смотрители, парочка уборщиков, знакомые "Избранные" из параллельных классов, не знающие чем себя занять до отбоя. С последними я не удосужилась поздороваться, ибо в априори мне они нафиг не сдались. Особенно, когда в последнее время на меня столько всего навалилось.

Я завернула в коридор, ни чем не отличающийся от множества других таких в "Бездне", где располагалась моя скромная каморка.

Я остановилась. Первым порывом было развернуться на сто восемьдесят градусов и пойти скитаться по сектору B. Вот только задуманному осуществиться было не суждено — маячивший у двери моей комнаты Эди тут же заметил меня и сломя голову понёсся на встречу. Играть с ним в догонялки желания, впрочем, как и сил не было, и сдав позиции в мысленном противостоянии с собой и вторым "Я", я побрела к Эди.