Книга 2 - Немыслимое

Возможно, этому способствовало полное отсутствие какой-либо мебели, кроме одинокого стула, гордо воцарившегося посреди единственной комнаты. На стуле, со всей присущей для человека подобного статуса важностью, расположился граф Кессор. При тусклом освещении Ардэн смог разглядеть довольную ухмылку своего визави. Граф вальяжным жестом велел солдатам очистить комнату от своего низменного присутствия, дабы не мешать благородным мира сего вести важные беседы. Гремя доспехами, солдаты в спешке покинули дом.

Лорд оставался молчалив, со спокойствием глядя на давнего врага. На несколько мгновений в комнате повисла гнетущая тишина. Лишь тихое завывание ночного ветра доносилось за окном.

- Знаешь, у меня прадед родом с этих мест, - первым начал Кессор. Немного крякнув, он привстал со стула и стал планомерно расхаживать взад-вперед. – В молодости я бывал в гостях у здешних родственников. Красивый был город, нечего сказать. Жаль, что так получилось.

- Я так полагаю, без разговоров на отвлеченные темы, беседу ты начать не сможешь.

- Отчего же друг мой, отчего же, - граф многозначительно поджал губы, - я и вправду сожалею. Знаешь я не сторонник того, чтобы без каких либо на то причин уничтожать то, что в скором времени может пригодиться тебе самому. Но ты же понимаешь, какого это бывает в пылу сражения? Кровь кипит, мысли о дальновидном уходят на второй план, все затмевается сладостной жаждой разрушения. И так она сладка и сильна, особенно в моменты триумфа, что ни о чем другом и думать не хочется.

По крайней мере, это не противоречит людскому нутру. Так уж мы устроены, друг мой. Те солдаты, что брали стены штурмом, проливая кровь врагов и ежеминутно видя гибель своих собратьев, ни на секунду не сомневались, разрушая город. Можешь мне поверить.

- Хороший же ты командир, - Ардэн надменно задрал подбородок, вызывающе взглянув на Кессора. – Коли всю ответственность за разрушенный город сваливаешь с себя на плечи простых солдат.

- Отнюдь, - не отводя взгляда, граф подошел к лорду на расстояние вытянутой руки и проговорил почти что шепотом, - можно было и не отдавать приказ на разрушение. Но я посчитал, что люди важнее, трэннийские люди. Понимаешь? Такие мероприятия весьма поднимают боевой дух, сплачивают целые армии. Разгром и разрушение ненавистного врага, что может быть слаще для закоренелых вояк? Уж ты-то должен меня понимать, коллега.