Шутка Немезиды

Утренние лучи Лигии играли на их остроконечных шлемах, петляли в хитроплетении кольчуг и сверкали солнечными зайчиками, отражаясь от начищенных гард солдатских мечей.

Караул напряженно застыл с каменными лицами, скрывая за ними дискомфорт, испытываемый ими с того момента, как только они переступили порог обители, места, где тренируют настоящих бойцов. В тишине, наступившей после слов офицера, казалось, можно было даже слышать их дыхание и скрип задеревеневших спин. Офицер и сам слегка растерялся, не зная, как поступить дальше.

Обычно после его слов подопечного парализовало страхом, и он шёл за стражей с покорностью барана. Или наоборот, пытался бежать, но, как правило, всегда безуспешно.

Однако, как себя вести с этими воинственными дамочками он не знал. Было видно, что его слова не произвели должного впечатления, а решаться на что-то резкое, ему совсем не хотелось.

Худая высокая женщина в черном до пят балахоне появилась около стражников так внезапно, что они вздрогнули и попятились, нарушив ровный строй.

Кольчуги зазвенели, стукнувшись друг об друга, кто-то наступил товарищу на ногу, послышалась негромкая, но цветистая ругань.

Солдаты перестали выглядеть манекенами и потеряли былую спесь. Они выровняли строй, но в их взглядах уже не сквозило прежней самоуверенности.

Офицер тоже вздрогнул, но тотчас пришел в себя и попытался сгладить конфуз, напустив на себя холодный строгий вид.

Женщина требовательно и резко выдернула руку, чуть не задев его по лицу. Офицер дёрнулся, но в этот раз его было просто так не напугать.

Он помешкал для важности и вложил в её руку бумажный свиток.

- Хвала Дневной госпоже, настоятельница вовремя появилась, - шепнула Лайма на ухо Юле, - Уж она-то разберется.

Настоятельница по воспитанию, прозванная послушницами - Мегера, всё также молча, не проронив ни звука, сломала печать и, смерив испепеляющим взглядом офицера, демонстративно выставила перед собой документ, как раз на уровне гордо вскинутой головы.

- Здесь ничего не сказано об аресте! - произнесла она, продолжая держать бумагу на уровне глаз.

Офицер покрутил головой, потоптался на месте, и, пожав плечами, выглянул из-за развернутого свитка:

- Речь идёт всего лишь о вызове на допрос.

- Так называйте вещи своими именами или вы уже на себя примеряете полномочия префекта и судьи?

- У меня особые полномочия, - хмурый офицер нехотя потащил за свисающую на шее цепочку, достал небольшой медальон и покрутил его в косых лучах утренней Лигии.