Ангельская справедливость

Нетерпеливо надавив на лезвие ножа сильнее, я углубила порез. Елисей дрожащим голосом пролепетал:

– М-м-м… Ч-что… О чем т-т-ты говоришь?

– А вот дурачка строить не надо. Не надо. Неужели ты думал, что я не догадаюсь о твоем хитром плане? Неужели думал, что я ничего не заподозрю? Вынуждена тебя огорчить, ты не настолько убедителен, чтобы я смогла потерять бдительность…

Елисей со свистом выдохнул, убрал руки от меня и судорожно вцепился скрюченными пальцами в каменную кладку стены. Он попытался вытянуть шею и уклониться от лезвия ножа, но у него ничего не вышло.

Моя рука скользнула вслед за его шеей, и теперь он оказался в еще более неудобном положении, стоя на носочках.

– Ты не сделаешь этого! Ты не такая! – срывающимся голосом воскликнул Лис.

– Не такая?! – рявкнула я. – Нет, я как раз такая! Как ты там говорил? «Она убивала, и не раз»! Именно так! Я очень люблю свою работу. А знаешь, что я на ней делаю чаще всего? Именно! Убиваю. Поэтому убить тебя – это не проблема.

А Ангелов я сумею обмануть. Уже не в первый раз. Ты ведь так думаешь, правда?!

Елисей весь покрылся испариной, со лба к бровям стекло несколько капелек пота, прочертив на краске темные неровные линии. После последних моих слов он зажмурился и перестал дышать, готовясь к чему-то страшному.

И это его я считала своим противником? Опасным и расчетливым? Вот дура.

Я резко убрала нож от его шеи и отступила. Елисей, все еще боясь пошевелиться, осторожно открыл глаза и испуганно посмотрел на меня.

– Знаешь, что нам говорили преподаватели на первом курсе? – тихо спросила я опустошенным голосом и тут же сама ответила: – «Если вы собрались убивать, то сами будьте готовы оказаться убитыми».

Елисей молчал и не двигался, только полные страха глаза блестели в полумраке. Такой слабый, такой хрупкий. Я почувствовала себя обманутой.

– Ты жалок, – с презрением произнесла я. – Ты решил играть с опасным противником, совершенно не представляя себе последствий.

Если ты готов быть убитым, какого черта ты не собираешься убивать?! Это слишком грязное дельце для твоих чистых ручек, м?!

– Анжелика, я не… Это не то… Все не так! – осипшим голосом несвязно пробормотал Лис, наконец отойдя от стены и лихорадочно ощупывая раненое горло.

– Ты хотел знать, как я убила Никиту? – громко и четко спросила я, опуская глаза на мокрый булыжник под ногами, но смотря куда-то сквозь него. – Это был чистый инстинкт.