Макото. Том первый и второй

Хорошо, что я вовремя смог заметить смутное движение и успел напрячь пресс. А то, думаю, пантомима на тему «выбросившаяся на берег рыба» мне была бы обеспечена.

— Это может быть небезопасно, — попробовал я вразумить старика.

В ответ на мои слова старик заливисто рассмеялся. Он даже прилёг и начал стучать рукой по полу. Через пару минут его отпустило, и он сел обратно.

— Пока ты можешь представлять опасность только для самого себя, — едва сдерживая смех, сказал мне старик.

И что-то меня так задело его поведение. Смеётся ещё надо мной, старый сморчок.

Значит, я не могу представлять опасности. Ну ладно, держи.

После этой мысли я один рывком снял защитный кокон с глаз, чего ещё не делал никогда. Боль, ударившая по мозгам, не давала думать. Сейчас я сидел лицом к старику, и вполне возможно, что на его месте осталась лишь горстка пепла. Именно так было в тот день, когда я запечатал эту силу.

Эту пытку я смог выдержать всего три секунды. Но и этого должно быть более чем достаточно. По ушам ударил оглушительный треск.

Нос наполнился запахом гари. Из глаз потекли слёзы.

Зона маны активировалось лишь с четвёртой попытки. Старик был целыми и невредимым, чего нельзя сказать об обстановке комнаты по сторонам от него. Всё, что попало под выброс моей силы, превратилось в пепел. Целым остался лишь камень пещеры.

Сам же старик сидел, сжимая свою катану двумя руками. Это что, он разрубил выброс мечом и тем самым направил его по обе стороны от себя? А такое вообще возможно? И что у него за меч такой? Почему старик держит целый меч, а не оплавленный кусок металла? В голове крутился миллион вопросов, что очень помогло отвлечься от пульсирующей боли в области глаз.

Приглядевшись к себе, понял, что повязка осталась на прежнем месте. Какого хера она там делает? Её должно было распылить на атомы, как всё остальное на пути того выброса.

Оказалось всё довольно просто и в то же время сложно. Простым было то, что я, скорее всего, чисто интуитивно считая повязку частью себя, защитил её точно таким же защитным коконом, что и остальное тело.

А вот сложным оказалось то, каким образом выброс прошёл сквозь повязку. По идее, он должен был срикошетить обратно в меня, но этого не произошло. Хрень какая-то.

— Вижу ты ещё не готов снять повязку и предпочитаешь казаться для всех слепцом, — заговорил старик. — Воля твоя. Всё, что я хотел увидеть, я увидел. А теперь ступай в ту дверь, — в стене справа открылся проход, на который мне указывал старик, — можешь выбрать себе любую комнату.