Павшие боги

Его собственные глаза. Едва успев осознать этот факт, Глэд почувствовал мощную силу, ухватившую его суть, сознание, душу. Эта волна подхватила сида и вышвырнула за пределы известного мира. В непроглядную бездну. Та же судьба постигла и всех остальных участников ритуала.

Глава 15. Круговерть душ.

Глэд очнулся от знакомого чувства – кипения в своем теле энергии Хаоса. Разум пребывал в смятении и не мог осознать ни факт проведенного ритуала, ни наличия рядом людей и фейри. Мысли казались очень тягучими, медленными.

Желание двигаться и просто думать полностью отсутствовало. Однако привычка, вбитая до уровня инстинкта, заставила сида скосить глаза на свое тело и то, что он там увидел, мгновенно согнало с сознания туман.

Его плечи и грудь покрывали черные перья ворона, они же ощущались в волосах. И пусть для сида животные черты являлись обыденностью, конкретно эти признаки демонстрировать окружающим было смерти подобно. В самом прямом смысле этого слова. Только подумав об этом, Глэд сосредоточился и тут же почувствовал, как перья истаивают, не оставляя после себя ни малейшего следа.

Мгновение и сид вернул привычный окружающим облик. Теперь оставалось лишь надеяться, что его метаморфоз никто не заметил. И вот на этой знаковой мысли Глэд, наконец, решился осмотреться по сторонам, да так и застыл, пораженный открывшимся видом.

Он находился на площади, посреди очень странного города. С невысокими, песчаного цвета домами, узкими извилистыми улочками и стремящимися к небесам башнями.

Скученность, духота стесненного пространства говорила о людской природе этого места, однако никогда прежде сид не видел подобной архитектуре. А ведь данный факт являлся лишь самой малостью в череде странностей этого места.

Взять хотя бы те же здания. Прямо на глазах у сида они плыли, преображались, исчезали. Сменялись иными строениями. Участок города, виденный всего несколько секунд назад, при новом взгляде казался уже чем-то совсем иным. В какой-то момент картина города разом переменилась на скорбные руины, средь которых двигались едва различимые тени.

Однако самый большой шок Глэд испытал, когда поднял глаза к небу. Тому небу, которого здесь не существовало.

Прямо над его головой расстилалась равнина, каждые несколько ударов сердца вспыхивающая золотистыми, зелеными или белыми красками. Располагалась она очень далеко, так что невозможно было различить детали, однако сида внезапно кольнула догадка.