Борода из ваты - пули из серебра. Том 1

Они уже ходили по ней с внучкой и он знал дорогу, правда выглядело все более красиво и всего-то на месяц позже. Белым-бело как на картинах. Снег лежит вокруг толстым слоем, чуть в сторону сойдешь и провалишься. Деревья белые с белыми ветками - ветер подует или животина скакнет, как сверху обрушивается целый сугроб. Если хорошо не закутаться то белая морозная пыль залетала за ворот обжигая голую шею и он злился, а внучка хохотала. Весело было. Когда она была жива.

Дед злобно заревел и ускорил шаг. Снег был и сейчас, но мало и грязный.

Черные глыбы повмерзали в деревья, грудами лежали на обочинах и вместо хруста свежего наста он слышал чавкание грязи под ногами. Никакого удовольствия - не праздник, а траур. Он хотел было улыбнуться своей же шутке и вовремя остановился. Не смешно.

"Осторожно", - сказала Снежка из-за спины и он резко оглянулся. Там никого не было.

"Впереди деревня. Нас там не все любят".

Он резко обернулся назад, но и там никого не было. Хотя голос дело говорил. Наверное. Нужно было чаще выходить, не чувствовал бы себя теперь болваном.

Он вышел из леса и остановился, осматриваясь. Дальше предстояло пройти через поле, которое летом густелось высокой кукурузой а сейчас выглядело как широкое и безлюдное болото. Конечно шла тропинка, вытоптанная людьми, но слякоть и дожди сделали свое дело.

- Пройду через поле и тогда точно стану нечистым, - дед улыбнулся и решительно зашагал вперед.

Село находилось сразу за полем. Рядок окраинных хат смотрели окнами на приближающегося старика, но что-то было не так.

Он чувствовал это но не мог объяснить. Как-то все было серо, как-то глухо и хмуро. Не сравнить с прошлыми вылазками под новый год. Крики,музыка слышны были уже в лесу. Ярко горели костры, светились окна, кричали люди - веселые и пьяные. По правую руку всегда была огромная горка с которой с визгом съезжали девчонки в разноцветных платках.

Сейчас этого не было и в помине, что и беспокоило.

- Месяц еще, - сказал дед, проваливаясь в очередную лужу, - Месяц до праздников.

Еще рано. Ты ведь никогда здесь не был в ноябре. Откуда тебе знать как они живут? Из телевизора? И почему я разговариваю сам с собой? Пора завязывать с этой дурной привычкой.

Когда он вошел в деревню начинало темнеть. Еще еле-еле, солнце не село окончательно, но серые дома стали еще более унылые. Дед покрепче ухватился за ружье и медленно шел по улочке, которая через триста метров вливалась в центральную, единственную здесь улицу.

Деревня как будто вымерла.