Целительница. Первое испытание

Некоторые говорят, что пусть и мало, но помнят себя в этом возрасте.

Я не помнила ничего. Ни событий, ни тепла ее рук, ни ее голоса. Ни-че-го!

Но это никогда не мешало мне радоваться жизни.

Андрей. Реваз. Дядька Прохор…

Вниманием я никогда не была обделена.

- Дорога виляла, - вздохнув, вновь начал говорить Андрей. Крепость мы увидели, когда до нее оставалось около километра, как раз вывернув из-за холма. Она горела, что стало полной неожиданностью. Еще большей неожиданностью было отсутствие магического купола, снять который можно было, только уничтожив центр контроля, находившийся во внутреннем периметре и защищенный так, что даже мы с Ревазом, пусть о нас и ходили легенды, но не смогли бы до него добраться.

- Намекаешь на предательство? – теперь уже прищурилась я.

О той ночи мне рассказывали.

Но совсем не так.

- Комиссия, которая разбиралась с этим делом, сделала вывод о халатности. Из ста пятидесяти человек, живых чуть больше десятка. Практически все – вырезаны. Ну и наша группа, чей выход был согласован на самом верху.

А так бы… - он махнул рукой. – Ты уже несколько дней, как прибаливала, отец держал тебя в госпитале. Просто на всякий случай. Анна оставалась дома. Ее убили сразу, она даже выскочить из спальни не успела.

- Подожди… - нахмурилась я.

Отставила кружку, подошла к Андрею, встала рядом.

- Я ведь правильно понимаю, что дом был тоже во внутреннем периметре?

- Правильно, - криво усмехнулся он. – Мы с Ревазом осмотрели все. Если восстанавливать картину произошедшего, то тревогу объявили, когда проникнувшая в крепость диверсионная группа уже вовсю действовала внутри.

Так что – да, без предательства там не обошлось. Вот только кто?!

- А Мария? Ты сказал…

- Марию, попавшуюся им первой, избили, жестоко изнасиловали, исполосовали и бросили умирать. Тебя вытащили из-под кровати, где ты пряталась, и проткнули металлическим прутом. Насквозь. Пришпилили к полу, как бабочку. Но Мария, даже в таком состоянии, продолжала тянуть тебя. И отключилась, лишь, когда появились мы. С тобой Игнат справился, сил хватило.

А вот на нее…

Я развернулась, уперлась ладонями в перила.

Плед, который едва держался на плечах, соскользнул вниз, но я это лишь отметила.

Мне было два года. Сейчас – семнадцать. Прошло столько лет…

- Ты ведь рассказал это не просто так? – глядя, как ветер гонит волну к берегу, спросила я глухо.

В груди болело, словно тот металлический штырь вновь вошел внутрь. А еще было горячо.

Или горько…

- Не просто так, - повторил Андрей.