Интербеллум. Вверх по реке

К ней вёл длинный распадок, оставшийся на месте подкопа — там, где земля провалилась после колоссального взрыва. В самой бреши спешно организовали неглубокую траншею, где уже засели в ожидании наступления наших войск солдаты гарнизона. Пушки подтянуть не успели, зато пулемётов — в основном старых, но проверенных временем и войной «мартелей» — притащили с десяток, наверное.

Снова толкнув Миллера локтем, чем спровоцировал поток ругательств, я пополз через распадок к траншее. Пока полз, — медленно, чтобы не заметили, да и Миллера старался без нужды особо не тревожить — пушки на ближних фортах открыли огонь.

Крупнокалиберные орудия окутывались облаками порохового дыма — дульных вспышек отсюда было не увидеть, как и результатов их выстрелов.

— Где-то там, — говорил я, пока полз по распадку, — наши парни в броневозках уже катятся сюда. Как думаешь, Миллер, они будут нормально высаживаться? Не с бортов?

— Если не идиоты, то не с бортов, — отвечал он. — Я видел, сколько там пулемётов — они всё свинцом зальют.

— Катить надо к самому брустверу, — продолжал я.

— Да, иначе броня не спасёт. «Шютценпанцер» от пуль надёжно укроет, а чем ближе, тем меньше шансов, что с форта угостят.

Словно отвечая на его слова, орудие форта огласило округу новым выстрелом, послав снаряд в сторону наступающих.

— Вот и пулемёты заговорили, — произнёс Миллер, когда мы подобрались к самому тылу траншеи. — Сейчас парням несладко придётся.

Проверенные временем и годами войны пулемёты «Мартель» звёзд с неба не хватали, однако благодаря простой конструкции и водяному охлаждению ствола оставались едва ли не самыми популярными на всех фронтах.

Их производили почти все страны Аурелии, поставляя в армию, где они никогда не залёживались на складах. Конечно, наши лёгкие пулемёты «Манн» или розалийские «Шатье» превосходили их, однако для массовой войны все предпочитали именно «мартели». Их дробный перестук, как будто гвозди в жестяное ведро сыплются, ни с чем не перепутаешь.

К нему вскоре присоединились сухие щелчки винтовок: розалийцы и трирцы, обороняющие Недрев, палили густо, патроны не экономили.

Сейчас речи не шло о меткости: солдаты создавали огневой заслон, стараясь остановить врага, не дать ему забраться в траншеи, где пойдёт яростная рукопашная схватка.

Мы с Миллером залегли в десятке метров от тыла траншеи. Бойцы гарнизона дураками не были и выставили у распадка пост. Трое часовых с винтовками бдительно глядели в нашу сторону.