Виски с дымком и ангел

— Академия Лихтенштейна, заверено сегодняшней датой, факультет теоретической магии... Зачисление? — Он поднял на меня голову и уставился так, как будто я хоть что-то понимал. — Документ о зачислении? Меня? Что за бред?

— Кхм, — кашлянул Ангел. — У меня тоже такой же бред. Что там мы вчера пили? К тому же как нас, два месяца спустя после начала учебного года, несовершеннолетних и без начальных знаний в специализированном учебном заведении могли зачислить... В саму Академию Лихтенштейна?

— Саму? — рассеянно переспросил я.

Я в это время отчаянно пытался вспомнить забытую легенду вчерашнего дня, поэтому и был немного... Отсутствующим. — Она что, крутая?

Ильмар закатил глаза.

— Буря, это край. Для тебя, конечно, не абсолютный, но в определённой степени край. — Я медленно повернулся к нему всем корпусом, наклонил голову и красноречиво прищурил глаза. Ангел фыркнул. — Не сверкай, недоразумение. Академия Лихтенштейна входит в пятёрку учебных заведений не только в Империи, но и по континенту.

Между собой они места уже не делят, там всё для нас слишком жёстко... — Ангел нахмурился. — И я понять не могу, как без рекомендаций...

Я переглянулся с Дымом. С ним, потому что Ангел до сих пор ни одной попойки так и не вспомнил, а вот наша с Витом память могла и пошевелиться. Если честно, у меня ничего и нигде не шевелилось, поэтому все надежды я возлагал на Дыма.

— Рекомендации? — переспросил он.

— Рекомендации, — кивнул я. И застонал — в голове начали проноситься смутные картинки.

На вздёрнутую бровь Ангела и красноречивый взгляд Вита ответил только: — Проныра Эд.

— Чёрт, — спокойным голосом выразил Ангел всеобщее отношение к ситуации.

— Дьявол, — не согласился Дым. — У нас, оказывается, были рекомендации.

Да, вполне могли быть. У Проныры Эда — моего знакомого с улицы — могло быть всё. Какие-то бумажки о том, что мы были адептами в Академии под кураторством императрицы — тоже. Про императрицу я не от балды вспомнил — в моей памяти начали всплывать какие-то пугающие события.

Например то, где мы скачем вокруг Проныры Эда, угрожая какими-то то ли бутылками, то ли солонками, которые мы, разумеется, откуда-то спёрли — солонок, которые в подпитии мы почему-то посчитали грозным оружием, у нас отродясь не водилось.

— О Пресвятой, в которого я не верю, — Дым, видимо, тоже вспомнил что-то из этих радостных событий.

А Иль вдруг задумчиво обронил:

— А ведь у нас фальшивые не только рекомендации.