Стигма ворона

И тут взгляд Эша задержался на аккуратно сложенной хозяйственной утвари за дверью. Он тронул носком сапога приставленную к стенке бочком небольшую лохань, и та с грохотом перевернулась, открывая прикрытый старой тряпкой железный фонарь.

Верра вздрогнула.

— А вот фонарь можно было бы и зажечь. Все приятней, чем в темноте, — проговорил он.

Женщина опустила голову.

— Да, конечно... Я сейчас...

Присев к фонарю, она громыхнула крышкой и зажгла свечу. Тусклый свет, пробиваясь сквозь пожелтевшее мутное стекло, осветил небольшой сеновал и смущенное лицо Верры.

— Значит, фонарь безопасный ты имеешь, а детей в темном чулане запираешь? — с безжалостной прямотой спросил Эш.

Женщина только ниже опустила голову.

— Да и как давно ты проверяла детей в своей комнате? Не боишься, что насмерть расшибутся?..

Верра расплакалась.

— Да не держу я их в чулане!.. Что ж у меня, сердца нет совсем? Сажаю только, прежде чем гостей привести... Многие ли захотят на постой в дом с тремя младенцами?.. А так... Жалеют.

.. Остаются, — трясущимися руками она вытерла слезы. — А если стигматики, так вообще... Вот говорят все, что вы злые. Только неправда это. А если еще рассказываю, что от такого же, как они, родила... Так еще и вещичек каких для малят напоследок подарят... — Верра шмыгнула носом. — Хотите — осуждайте, чего уж тут... Только иначе как мне прожить-то? Честный сытым не бывает...

Эш прищурился.

— А от кого эти дети на самом деле?..

Верра, охнув, закрыла рот руками. Она поняла, как много лишнего сболтнула сгоряча.

Эш покачал головой.

— Даа... Что-то мне подсказывает, что вовсе не от того молодого и красивого, что был у тебя на постое. Как же ты их на передний край отписать не побоялась?..

Тяжко вздохнув, Верра махнула рукой и снова всхлипнула.

— Пусть лучше так... Хоть шанс есть, что господами побудут. И другая, такая как я, стелиться перед ними станет, лишь бы угодить да понравиться.

— А если не выживут? Что тогда?

— А разве лучше, как их отец? — сказала женщина, поджав губы.

— Есть не досыта, да пить без просыпа? И сдохнуть в пивной под столом? Нет уж, такого добра им не надобно.

— Зачем так-то сразу?

— Да потому что все здесь так, — тихо сказала Верра. — Город ведь — он как тюрьма. Большая только. Налога боишься, синьора боишься, жреца боишься, стражников боишься, хозяина боишься... А бежать некуда. Оттого каждый вечер улицы пусты, а пивные полные.

Она подняла голову, с каким-то отчаянным вызовом глядя на Эша.