Хаос Возрожденный

Хашайя оторвала взгляд от уже мертвой соратницы и остановила его на храмовнике, которой метнул клинок. Он поманил ее длинным мечом. Глупый смельчак. Шайя зашагала к нему, обходя всех, кто попадался ей на пути: и своих, и чужих. Храмовник встал в боевую позицию. Хашайя ощущала, что он был тилбэчином, сила сверкала в нем, но он хотел сражаться с ней, не используя энергии. Что же, тогда она не станет использовать чой-хуа, пусть их схватка будет честной. Но этому сражению не суждено было состояться – голова храмовника вдруг взорвалась кровавыми брызгами, его тело осело в грязь, засучив ногами.

Проклятье! Шайя даже вздрогнула от неожиданности. Кто посмел лишить ее удовольствия? Хаосит из числа капитанов Джикуи вообразил, что его помощь требуется Великой Хашайе и убил храмовника потоком воздуха, расколов тому голову изнутри. Похвальная забота, но сейчас она не требовалась.

Хашайя осмотрелась. Она не успела поймать момент, когда сопротивление служителей Тибора сошло на нет. Уже вернулись хаоситы, посланные контролировать пристройки к центральному зданию.

Судя по их довольным лицам, все произошло как нельзя лучше. Дождь совсем закончился, поэтому Храм Порядка продолжал догорать. Ветер стих, и дым ровно поднимался к ночному небосводу. К Хашайе подошел Джикуя. Он был цел и невредим, свой меч он уже спрятал в ножны за спину.

- Ваше чой-хуа великолепно, месэра!- сказал соророрец, чуть наклонив голову.- Всегда жалел, что нам это искусство недоступно. Мы взяли пленного, месэра Ритайлина говорит с ним.

Хотите участвовать?

- Почему бы и нет?- Шайя очистила клинок краем серой сутаны безголового храмовника и последовала за предводителем хаоситов. Он сообщил ей потери: шесть тилбэчинов, двадцать простых воинов. Итого из отряда уцелела почти половина. Великий Хаос! Без Шщихи их нападение бы просто захлебнулась. Как бы не хотелось Шайе мириться с этим, но Чисхаргана оказалась права насчет двух самопожертвенников.

- Да, потери серьезные,- произнес смуглый коротышка, догадавшись о ее тяжелых думах.

- Но эту высокую цену мы заплатили за то, чтобы с нами был еще один н’удан. Семьи погибших не будут горевать.

- Верно, Джикуя, верно.- Правда, толку от третьего н’удана, как и от меня, придется долго ждать, добавила Хашайя мысленно. Шесть погибших тилбэчинов сейчас гораздо ценнее. Так, одернула она себя, что опять за сентиментальность. Неужели на нее так подействовала смерть той женщины? За Шайю отдавали жизни и в давние времена. К этому пора было привыкнуть.