Эльфийская летопись. Арка 5

– Стрельцы уже заняли позиции, зеляне мертвы, – подобрал он наиболее подходящую версию, избегая говорить воинам, в преданности которых сомневался, что некая неведомая сила убила их магов одной атакой, – мы ударим справа, разнесем их конницу, что сейчас заходит нашей пехоте во фланг, выйдем им в тыл и уничтожим и эльфийское командование, и проклятых стрельцов.

В этих словах задора было гораздо меньше, и вряд ли они бы вдохновили отряд, но Оюну было плевать. С мрачной решительностью мурза развернул свою лошадь и пустился в галоп, с облегчением услышав что его люди последовали за ним.

– Господин, часть их всадников на левом фланге спешно выступила в подкрепление на правый фланг, их около пятидесяти, – предупредил Цулан, – остальные нацелились на стрелковую точку.

“Бьюсь об заклад, атака будет успешной” – хмуро подумал Оюн, – ”вот только это уже ничего не решит. Ни лучники, ни Селкин, и даже не стрельцы, я, вот кто определит исход сражения”.

Эльфийская пехота шаг за шагом отступала, оставляя тела своих собратьев, но все, чем командир эльфийской кавалерии на левом крыле смог им помочь - отправить людям во фланг десять-пятнадцать своих эльфов.

Однако после этого у него осталось менее сотни легко вооруженных всадников, которые тем не менее, с отчаянием в глазах, готовы были сколько хватит сил сдерживать мчащие на них две сотни тяжел бронированных аклийцев.

Оюн даже слегка зауважал вражеского командира за мужество, вот только мурза никак не мог понять на что эльфы рассчитывают. Намереваються убить командира, то есть его? Ждут подкрепления справа, веря что пол сотни бойцов переломят ход битвы? Или просто хотят умереть в бою?

Отбросив бесполезные гадания, Оюн активировал свои многочисленные защитные обереги, отступил в середину строя всадников и приказал своему охраннику держатся поближе к нему.

Он был его тайным оружием на крайний случай, и кучка эльфов на лошадях явно не была такой угрозой, чтобы использовать этот трюк.

Схватка была жаркой, но короткой. Отчаянно сражаясь, эльфы попытались нападать вдвоем и втроем на одного, что поначалу приносило им некий успех, но численное преимущество аклийцев сделало свое дело.

Один за другим эльфы падали из своих седел. Однако даже перед лицом смерти их командир отказался сдаваться. Издав настоящий рев, он отшвырнул своим мерзким лучом одного из аклийцев, перерезал шею другому и вонзил меч в тело третьего, после чего вытащил из-за пояса длинный нож и бросился на Оюна, выстрелив еще одним лучем.