Повелитель разума

Как никак, всё произошло именно из-за меня. Но нельзя иначе. Есть такие проблемы, которые лучше тщательно спрятать вместо того, чтобы жить с ними.

Я вышел в своём квартале и ещё пять минут шёл по улице, накинув на голову капюшон. Нельзя, чтобы соседи увидели меня таким. Пойдут слухи, а любой коллективный процесс для меня опасен. С кем-то одним я ещё способен справиться, если будет время, а задача выпадет не очень сложной, но если их будет много… Уже сложнее.

Мы жили в квартале Гранд Морисонта. Спроси любого жителя, кто это такой — не ответят.

Задумаются, потешно нахмурят лоб, попробуют для самих себя найти объяснение, а вскоре благополучно забудут, о чём думали. Таков наш мир. Помнить о некоторых вещах — удел избранных, в число которых попал и я.

Напротив дома росло большое дерево. Семейное, как мы говорили. Среди его ветвей скрывался начавший гнить домик. Отец его построил для меня, когда я был маленьким. Сейчас всем на меня плевать. Отец пропадал на работе, и я рад, что у него есть хоть это.

Дверь открыта. Наверное, сестра опять забыла закрыть.

Я прошёл внутрь и замер, прислушиваясь. Открытая дверь — не самое страшное, что может случиться, даже если ты живешь в почти благополучном квартале. Низины не так уж далеко отсюда, и иногда с хорошими девочками случаются плохие вещи. Сестра ощущалась наверху, у себя в комнате. От неё веяло… пустотой. Вздохнув, я прошёл в ванну, смыл кровь и занялся ранами. Разбитое лицо, которое я наблюдал в зеркале, заставило вновь задуматься о том, что я делаю.

Это всего лишь стычка с тремя пчёлками-скорпионами. Что будет, когда возьмусь за рыбу покрупнее? Вопрос неутешительный. Ответ на него — того хуже. Голова нещадно болела, и я закинулся парой таблеток обезболивающего. Нельзя ими злоупотреблять. Но для этого мне нельзя злоупотреблять силой. Сегодня я слишком сильно нагрузил разум. Как минимум половина боли от этого, а вовсе не от чужих кулаков.

Когда убедился, что выгляжу более-менее приемлемо, то поднялся наверх и постучал в дверь сестры.

Открыв, заглянул внутрь. Она сидела на кровати, откинувшись спиной на стену, и листала учебник.

— Привет, Курт, — поздоровалась она рассеяно.

— Привет, Али. Как твой день?

— Хорошо. А твой?

— Тоже неплохо. Ты ела?

— Вроде бы да, — задумалась она и, кажется, позабыла, что разговаривает со мной.

Больно. Каждый раз больно смотреть на это.

Десять дней назад Али не пришла домой. Я искал её весь долгий вечер и ещё более долгую ночь.