Степные волки

У этих юных дромов свой путь и как они его пройдут, зависит только от них самих. Пусть они уже через многое прошли: испытали холод, голод, унижения. А впереди, их ждет еще больше. Никто из богов не будет помогать им впрямую, ибо не ведают они богов, ни своих, ни чужих. Но именно они решат судьбу Штангорда, принесут гибель твоему народу или спасение. А тебе осталось жить всего один час, и распорядись временем с умом. Все, что я хотел тебе сказать, сказано, и мое время в мире живых, ограничено.

Прощай, Конрад. Мы больше не встретимся, ибо у каждого свое место после смерти, свой рай и свое пекло.

Призрак Булана, все той же темной кляксой, скользнул в угол, из которого вышел в мир живых, а затем раздался резкий хлопок воздуха и он исчез.

Герцог Конрад упал на пол и кулаки его, бессильно ударяли в бездушные восточные ковры, которые покрывали каменный пол. А потом он поднял голову к потолку и прокричал:

- Боги! За что!? Пусть я виновен, так покарайте меня одного! Но почему должен погибнуть мой народ и моя кровь!?

Ответа не было.

Зато в опочивальню, с обнаженным оружием в руках, влетели охранявшие покой герцога стражники.

- Что случилось, ваше сиятельство? - склонился над герцогом капитан дежурной смены. - Может быть, вызвать врача?

- К бесам всех врачей! - выкрикнул герцог. - Моего сына сюда, живо! И верховного жреца бога Белгора!

Стражники унеслись разыскивать жреца и молодого герцога, а по замку разнеслось:

- Герцог смертельно болен! Война! Пожар! К оружию! Измена! Стража, на помощь герцогу! Скорее врача!

Конрад понимал, что он находится в своем уме и памяти.

Поэтому знал, что призрак Булана не морок, насланный неведомым колдуном. А еще он чувствовал, как по каплям, жизнь покидает его. Минута проходила за минутой, ничего уже не изменить, но именно в этот момент Конрад окончательно успокоился. После чего герцог смог собраться с мыслями и решить для себя, что нужно сделать и сказать перед смертью.

Верховный жрец Белгора достопочтенный Хайнтли Дортрас вошел первым. А за ним по пятам в опочивальню влетел единственный сын герцога и его наследник, будущий Конрад Четвертый. Наконец, люди, которых герцог вызывал, прибыли на его зов.

- Что случилось, милорд? - спросил жрец.

- В чем дело, отец? - вторил ему сын герцога.