Карающая длань законотворца. Том 1

Всё же, даже роды императрицы проходили в более интимном окружении, а наша семья всегда всё напоказ и под присмотром.

Хорошо хоть роженица была за ширмой.

— Ваша Милость! — воскликнула женщина, тряся меня как мешочек с зерном. — Ваша Милость! Девочка! Здоровая! Ваша Милость, счастье-то какое!

— Она мерцает? — напряжённо спросил герцог.

— Что?

— Я спросил, мерцает ли она?! — уже почти рычал он. — Какого цвета кожа?

— Кожа? — Меня развернули и тщательно осмотрели.

— Синяя, Ваша Милость. Но для дитя это нормально. Она крупненькая, Ваш-ша Милость? Что вы делаете?!

Меня подхватили за ногу, резко перевернули и потрясли. От несправедливости отца перехватило дыхание, и я снова заорала.

И даже не стыдно. Вот ни разу.

— Да что же вы, Ваша Милость. Ребёнок только родился, вы ей так с-сломаете всё, — испуганно выдавила повитуха.

— Бесполезная.

Меня сунули обратно в тёплые и большие руки. Через мгновение послышался громкий хлопок и тихий смех наблюдателей.

— Кажется, Идир уже на грани, — засмеялся кто-то. — Пятые роды и снова девчонка. Если не появится наследник, де Гралья придётся отдать роль судей тем, кто сможет представить двору мальчика. Ха-ха-ха.

— Моя жена недавно родила, — хмыкнул кто-то совсем рядом и меня подбросило вверх. — Но ежели так, то я готов ещё постараться. Всё-таки первым был сын, мой наследник, а если всё обстоит именно так, то второй сможет стать следующим законотворцем.

— Господа, вы забываетесь, — надменный голос императора заставил всех молчать. — Во-первых, дочь де Гралья всегда, — подчеркнул он, — входит в императорскую семью. За редким исключением, когда императрица уже выбрана. Во-вторых, мне ли вам напоминать, господа, что дочери этой семьи не несут в себе силу законотворца, а это значит, что даже выйди она за одного из ваших сыновей — ничего не изменится.

Только прямой потомок де Гралья мужского пола способен обрести хранителя. На этом всё. Антара устала, так давайте будем воспитанными людьми и позволим матери отдохнуть. Отнесите девочку, — последовал приказ и меня снова подбросило.

После представления повитуха отдала меня маме и ушла.

— Слава Святейшему, ты жива, — всхлипнули над ухом. — Слава Святейшему…

Почему-то мне всё это не понравилось.