Диос. Восхождение. ТОМ I

- в который раз поблагодарил Амадо. - Хорошего вам вечера.

-И тебе, малыш Рейес. - пиджак нещадно трещал на ветру.

Бен развернулся и небрежной походкой поплелся обратно.

О нет, он совсем забыл...

-Стойте, Бен, я хотел вам задать всего один вопрос.

Бен повернул свою тощую голову. Его синие глаза вперились в мальчика.

-Ну, валяй.

Амадо сглотнул, боясь услышать правду.

-Ты сказал, что год назад Совет поделился на Белый и Чёрный, что они не сошлись во мнениях - убить или помиловать. О ком шла речь? Я его знаю?

В воздухе повисло тягостное молчание.

-Ты его должен знать. Это твой вечно рыдающий дядя, главный преступник в мире подчинителей - Кайо Рейес. Давай, хорошего вечера, Амадо.

Бен отвернулся и побрел дальше.

Амадо добрался до своего зелёного домика - такого родного, но такого далёкого.

Вечно плачущий, жалкий и бесполезный Кайо - преступник?

Словно маленькая обезьянка, Амадо взобрался на рядом стоящую яблоню. Несколько яблок с грохотом рухнули наземь.

Мальчик сел на толстую ветку и прыгнул прямо на карниз.

Чуть не сорвавшись, парень смог закарабкаться и юркнуть в окно.

Всё его тело болело и ныло. Ему срочно требовался отдых.

Это было так необычно - видеть самого себя. Вот он, калачиком свернулся на кровати и сопел.

Амадо улыбнулся самому себе и слился со своим телом.

Этот день был очень тяжёлым. И парень поскорее хотел отдалиться от всего мира и, как обычный человек, посмотреть красочные сны.С кровати послышался тяжёлый храп.

***

В дверь всё ещё громко стучали.

-Ортес, у нас срочные вести! Немедленно откройте!

В комнате было темно и тихо.

Но Люсио не спал. Он задумчиво уставился в стену и о чём-то думал.

Он не любил когда его будили, и подчинителям за дверью очень повезло, что сегодня он не улегся спать.

Люсио встал с роскошного чёрного трона. Он был главой Чёрного Совета и такой трон был подстать его статусу.

-Джошуа, быстренько зажги все свечи.

Маленький гном в красном колпаке, подбирая свою длинную бороду, как юла завертелся по комнате.

Свет разгонял тьму и вскоре в покоях было светло, как днём.

Комната была увешана разными дорогими картинами, стены были обшиты дорогой разноцветной резьбой, в конце покоев высилась почивальня, где обычно отдыхал Люсио.

Убранство комнаты было под стать царю, кем видимо и считал себя этот подчинитель.

У него были ясные голубые глаза, рыжие, спадающие на плечи, волосы, кое-где на щеках высыпали веснушки. Сам он был вытянутый и стройный, лицо строго смотрело вперёд.