Кузня Крови

Матушка впервые на моей памяти выругалась:

— Чтоб тебе пусто было! Плевать я хотела на твои оправдания, Нумеро Денудо. Я закрыла глаза на талант Лиала, я не обучила его ни единой внешней технике, не дала ему ни единого жеста и слова. И всё почему?

Отец грохнул по столу кулаком:

— Иначе и быть не может, Терсия, потому что он мой наследник! И это не талант!

Матушка ухватила кинжал с пояса и ударила по столу его оголовьем:

— Хватит повышать на меня голос, Нумеро! Я согласилась, что первенец должен стать настоящим Денудо.

Нумеро, с какой стати ты собираешься послать его на юг? Сколько он будет туда добираться? И зачем?

Отец помолчал, пожал плечами:

— Выедет пораньше. Это будет полезный опыт.

Матушка повторила удар кинжалом, заставив подпрыгнуть тарелки на столе:

— С какой стати я должна буду расстаться с ним раньше времени? Я и так его почти не вижу, с тех пор как ты начал его обучение пути меча. Он либо сотни раз повторяет ваши шаги, либо истекает потом с твоими неподъёмными камнями, либо учит родовые приёмы меча.

Он будет в замке до последнего, рядом со мной, а потом поедет в Грандор, к главному храму Хранителя севера.

Я не выдержал и влез в разговор:

— Хватит ссориться. Я вообще никуда не поеду.

Через мгновение на меня смотрели и отец, и матушка. Отец негромко переспросил:

— Это ещё почему?

— Мне хватит и посвящения на алтаре замка, — хмыкнул, глядя в глаза отцу. — Не ты ли мне твердил о необходимости носить герб Дома с честью? А сам собираешься послать меня в услужение на юг.

Ходить год, словно... — я проглотил собирающиеся сорваться с губ слова, процедил другие: — Ни один из окрестных Малых домов не отправляет наследников в служение чужим Домам. А мы не просто Малый дом, мы — Денудо!

Отец молчал два удара сердца, а потом рявкнул:

— Щ-щенок!

Впервые я видел его таким разъярённым и невольно сжался на стуле. Отец аж побелел. Матушка поражённо воскликнула:

— Нумеро!

Отец ожёг её взглядом:

— Что Нумеро? Он будет мне тыкать в глаза честью Дома? Или бедностью? Не дорос ещё!

Матушка протянула:

— Но я согласна, что юг — это чересчур радикально.

Грандор, милый, как мы... — она замолчала на миг, а затем недоумённо спросила. — Нумеро?

Отец ещё сильней опустил взгляд и буркнул:

— Терсия, состояние наших земель...

Матушка вскочила, кинжал полетел в отца, безвредно соскользнув с его ставшей крепче стали кожи.