Кузня Крови

Креод указал рукой на лапник и негромко сказал:

— Ещё одно, молодой господин. Я знаю, вы всегда любили выезды на охоту или объезды владений. Но... Кхм! — прочистив горло, Креод решительно продолжил. — Это всё затянется не на один и не два дня. Господин приказал мне двигаться так, чтобы не привлекать внимания. А лучший способ это сделать, позабыть о том, что вы сын владетеля.

Сообразив, что молчание затягивается, я махнул рукой:

— Я понял это, едва увидел, что нам вывели простых коней, а не граухов. Продолжай, Креод.

Он негромко выдохнул, встал ко мне полубоком и принялся ломать валежник, подбрасывая его в костёр:

— Господин потому и не послал больше людей. Это уже не два безродных наёмника, что ищут, где и кому продать свои мечи, а целый отряд. Он привлекает к себе слишком много внимания.

Я покачал головой, глядя на набирающий силу огонь. У меня в седле деньги на взрослый меч. На груди у меня слеза Амании стоимостью в половину годового дохода нашего Дома. А я слышу про двух безродных наёмников. Мы теперь что, должны ютиться на сеновалах и отбиваться от ворья?

Вздохнул:

— Что же делать, придётся выполнить и этот урок отца.

Креод согнулся в поклоне:

— Благодарю за понимание, господин.

***

Далеко за холмами и лесом, там, куда взгляд не достал бы, даже залезь Креод или Лиал на самый высокий холм округи, в замке Денудо тоже готовились ко сну.

Пытались.

Терсия замерла со щёткой в руке, давно позабыв о волосах, невидящим взглядом уставилась в зеркало. Негромко спросила:

— Верно ли мы поступаем?

Нумеро, стоявший у окна и вглядывавшийся то ли в темноту полей, то ли в сияние лун сестёр, устало ответил:

— Нам повезло, что слуга оказался трусом и не решился подсыпать яда.

Думаешь, Атий Вораз на этом успокоится? Теперь, когда нет опытного и сильного Флайма, то... Мне страшно выпускать Лиала за стены. До посвящения ещё больше года, а от стрелы непробуждённый ихор не спасёт.

— Я всё это уже слышала. Но... — Терсия отложила щётку для волос, развернулась так, чтобы видеть в отражении зеркала мужа.

С жаром воскликнула. — В этой клятой Хранителями Кузне погибает так много детей!

Нумеро поморщился:

— Лишь слабаки не выдерживают перековки.

Терсия поджала губы:

— Не ты ли скупился на похвалы сыну, не ты ли заставлял его из кожи лезть и всё равно оставался недоволен его силой?

Нумеро вспыхнул, ударил кулаком по свинцовому переплёту окна:

— Это другое! Это всего лишь никчёмное проклятье крови! Погибают лишь те, в ком мало ихора. В Лиале его с избытком.