Рубиновый трон

 

Не теряя времени, Йозес, действуя как можно тише, взвел арбалет. Он прошептал заклятье неприметности и заклятье точности. И мысленно вспомнил заклятье пляшущих молний. Это он оставлял на потом, потому что мог применить его только один раз. Увы, он не силен в магии и это боевое заклятье все, что у него есть: на большее он не способен. 

Едва он приготовился, как увидел тех двоих преследователей. Они были близко, и он смог их рассмотреть. Это были обычные уличные бандиты, чье влияние ограничивалась пятью или десятью кварталами.

А банда, соответственно была численностью в два или три десятка. Он приник к ложу арбалета. 

Вслед за ними показалось, один за другим еще шестеро. Все они были одеты разношерстно, половина была в кольчугах, но в древних и местами драных. И только один в ржавой кирасе прошлого века. Йозес понял, что это главарь. Болт свистнул и ударил парня в кирасе прямо напротив сердца. Тот рухнул посреди толпы своих товарищей. 

Йозес перезарядил арбалет, за то время пока испуганная банда отбегала за прикрытия.

 

- Эй, ты! Нам нужен только твой кошелек, - крикнул кто-то невидимый. 

- А мне от вас ничего не нужно. И мне жаль тратить на вас болты, они стоят дороже ваших жизней, - ответил Йозес. 

Зная, что теперь им известно его местонахождение, он тихонько вышел и перешел в дом, стоявший на сорок шагов дальше. Он выбрал его потому, что при этом продолжал продвигаться к трактиру. Прежде чем зайти в новое укрытие, он взглянул вдоль улочки и увидел в сотне шагах вход в «Веселого козленка».

Когда он обернулся, то был почти окружен. Одиннадцать человек замыкали кольцо вокруг него. 

- Так значит, наши жизни не стоят твоего болта? - спросил все тот же голос. – А сколько стоит твоя? 

Они медленно подходили. Бежать было некуда. Почти у всех из них были мечи или длинные ножи, у двоих были короткие копья. Оставалось совсем немного, и они выйдут на дистанцию ближнего боя. Йозес начал произносить заклятье, мысленно четко произнося слова.

Он чувствовал, как электричество начало щипать кожу на голове, потом стало опускаться все ниже, постепенно перетекая в руки. Ближайшие из них были в пяти шагах, когда ему сталось только одно последнее слово, которое было сродни нажатия на скобу арбалета. 

При этом он медленно отступал к каменной стене того дома, в котором хотел до этого спрятаться. Наконец спина его уперлась в шершавые камни, а ближайший противник поднял руку с мечом.