Рубиновый трон

 

***

Сразу после полуночи оба отряда расположились в условленном месте. Лейтенант боялся обмана и последующей за ним мести. Ведь заказчик знает, как его найти. Граф Гаррий боялся близкого соседства слабонервного Лейтенанта, который в случае конфликта окажется, безусловно, правым, ведь он и есть закон на ночных улицах. К тому же, людей у графа было меньше, а о выучке ночных патрулей ходили, чуть ли не легенды. 

Но все прошло на удивление гладко. Примерно после часу ночи раздался четкий стук копыт одинокой лошади.

Она неслась самым быстрым аллюром. Через несколько секунд раздались звуки от копыт небольшого отряда. 

- Это погоня: кажется, четверо гонят одного, - подумал граф. - Пока все, как сказал командир стражи. Только бы он нам не испортил все в последний момент. 

Всадник поскакал на взмыленной лошади. 

- Ого! - подумал граф, - здесь все серьезно: парень явно спасает свою жизнь. Приготовиться, - приказал он своим людям. 

И едва четверка преследователей, явно настигавшая беглеца, поравнялась с засадой, десять всадников выскочили из темных закоулков.

Все длилось секунд пять, и всадники понеслись дальше, свернув в сторону окраины. Все нападавшие были целы. Они увозили с собой троих пленных и одного убитого противника. Верные своему главному правилу: прятать концы в воду. 

58

Эльдар, после разговора с принцессой был не в себе. Сначала, когда они были детьми и им сообщили, что однажды они поженятся, это мало значило для них.

Но Эльдара часто привозили во дворец. Принцесса, знавшая все его закоулки, таскала своего малолетнего жениха по всему замку, они играли на чердаках и в подвалах. Няньки принцессы, бывало, сбивались с ног, разыскивая детей. 

Когда они стали старше и полюбили друг друга, эти детские игры прекратились сами по себе. Принцесса довольно резко изменила свое отношение: видимо кто-то из ее воспитательниц провел с ней разъяснительную работу. Нет, она не стала хуже относиться к своему жениху, но стала соблюдать светские приличия.

Больше они не сбегали от слуг, хотя, конечно же, могли бы это делать, как и прежде. С Эльдаром никто не вел разъяснительных бесед, он был наблюдателен и сам понял, что настала взрослая жизнь. 

Они расстались с болью и с радостью одновременно. Оба понимали, что нормальной свадьбы, положенной будущей императорской чете им теперь не видать. Более того Гифири теперь рисковала наравне с Эльдаром.