За моего отца!

Такого урона она не выдержала и с негромким треском лопнула, но свою задачу выполнила: граф оказался рядом с врагом.

Воспользовавшись им, как щитом, я тоже заспешил вперед, желая принять участие в бою. Конечно, было страшно, но мне очень нужен опыт. И я сильно надеялся, что одного меня не оставят и в случае чего прикроют.

Устин метнул огненный шар, который задел и спалил сразу двух воинов противник. Неожиданно у него за спиной возник убийца, сверкнули клинки, но тот так и не достиг цели. От мага разошлась ударная волна, и незадачливый киллер ударился головой о каменную стену и сполз на пол.

К этому моменту Носокор пробился к товарищу и прикрыл его.

Краем глаза заметил, как один из бандитов с огромной дубиной отделился от остальных и бросился ко мне наперерез. Кажется, он понял, что я тут самая легкая добыча, и решил убить хоть кого-то. Прямо на ходу сменил направление движения и принял дубину на шпагу. Довольное выражение лица противника вмиг изменилось на недоуменное. Кажется, он рассчитывал, что мое оружие сломается, но не тут-то было!

Единственное, чтобы выдержать удар, мне вновь пришлось придержать шпагу второй рукой, и сталь (если это была она) вонзилась в кожу.

Нет, так не пойдет, уже второй раз одно и то же. Вернусь в поместье, нужно будет посоветоваться с наставником – наверняка есть способ защитить руки: или перчатки какие-нибудь, или умение соответствующее.

Воспользовавшись замешательством врага, я ушел в сторону и резанул шпагой по ноге громилы. Тот охнул и отступил на шаг, его страх ощущался буквально физически.

На какое-то мгновение меня охватила жалость, и рука дрогнула: вместо сердца, лезвие пронзило плечо. Дубина вывалилась из руки бандита, и теперь он был беззащитен. Того врага в лесу я убил в бою, там стоял вопрос жизни и смерти. Либо я, либо он, и другого выхода не было. Тут же передо мной был беззащитный испуганный мужик. Я вдруг осознал, что просто не могу его убить. Рука не поднималась.

Изменилось все в мгновение ока. Страх на лице бандита сменился гримасой презрения и ненависти.

Выхватив из-за пояса тесак, он бросился на меня, собираясь перерезать горло. Спасли лишь рефлексы Ласа. Шпага будто сама взвилась, и бандит сам насадился на ее острие. В глазах его появилось непонимание, а потом они закатились, и он рухнул на землю.

Я все еще стоял пораженный, а бой вокруг уже закончился, наши победили. Граф одного за другим прикончил лучников и магов, достойного сопротивления оказать они не смогли.