Император полночного берега

—Думаешь, испугаюсь?

— Иди-иди, —в очередной раз подзадорила его ириада.

Корлунг не стал вступать с ней в перепалку, он уже давно понял, что спорить с лесной обитательницей бесполезно — для нее это все просто веселая игра. Ничего не ответив, он направился к строению. Мирра осталась стоять на месте, внимательно наблюдая за ним.

Мальчик уже догадался, что оказался перед кузней. То, что он увидел, заглянув в распахнутые настежь большие, как ворота, двустворчатые двери строения, подтвердило его догадку. У наковальни стоял высокий старик с коротко остриженной бородой.

Из-под грязной головной повязки выбивались длинные седые волосы. Лицо кузнеца было изрезано глубокими морщинами и потемнело — то ли от прожитых лет, то ли от жара горна. Старик держал щипцами раскаленную заготовку и мерно бил по ней молотом, наполняя округу металлическим звоном. От каждого удара в стороны разлетались снопы искр, отскакивали от кожаного фартука мастера.

Затаив дыхание, Корлунг следил за работой старика. В Кем-Парне не было кузницы, оружие, доспехи и инструменты в город привозили торговцы.

Мальчик лишь слышал о кузнецах-чародеях, что скрываются от непосвященных глаз в лесах и пещерах и способны не только властвовать над медью и бронзой, но и добывать железо из упавших с неба камней3 и превращать его в несокрушимую сталь.

## 3 Упавший с неба камень, небесный камень — метеорит

Мастер исподлобья взглянул на мальчишку и вдруг сурово спросил:

— Так и будешь без толку торчать в дверях?

Корлунг растерялся.

— А что... что я должен делать?

— Подбрось дров и раздуй мехи, — потребовал кузнец. — Огонь совсем погас в горниле. Поторопись, у нас много работы.

Мальчик послушно поспешил выполнить распоряжение старого мастера.

Увидев, как он скрылся в воротах кузни, Мирра грустно улыбнулась и прошептала:

— Вот ты и выбрал свой путь, Корлунг, сын Геранды из Кем-Парна.

* * *

Попавший за шиворот снег вернул человека от образов прошлого к действительности. Он тряхнул головой и грозно прорычал сам себе:

— Не спать! Не смей засыпать, скотина!

Одним рывком он поднялся из сугроба, который намело вокруг него.

С головы и плеч осыпался сугроб поменьше. Еще немного, и путника замело бы с головой так, что никто уже не смог бы его обнаружить в степи до самой весны.

Ударивший в грудь ветер едва не свалил путника обратно в снег. Замерзшие, онемевшие ноги плохо слушались. Человек снова прикрыл голову плащом и продолжил свой путь, утопая в снегу по колено.