Император полночного берега

У меня есть все! С чего ты решил, что меня заинтересует твое предложение?

— У меня нет ни тени сомнения, что ты заинтересуешься, — твердо сказал Идигер.

Ксаннея нахмурилась.

— Объяснись, жрец! — потребовала она.

Идигер самодовольно рассмеялся, ничуть не смущаясь тем, что императрица явно уязвлена его самоуверенностью.

— Не обманывай себя, — произнес он. — Империя твоего супруга уже не так велика, как в былые времена. Ногара утратила Черный берег, Наккату, Потан и полночные провинции. Часть ваших земель на полночи захватили мы и основали на них Хишимер — свое царство.

Другие территории поделили меж собой ногарские аристократы и провозгласили себя царями. Ногарская империя рухнула, ее больше нет. Императорская власть признается лишь здесь, в Отоммосо, да и то формально. За стенами этого города каждый аристократ, каждый военачальник сам себе царь. Даже в союзе легионов нет единства, ваши полководцы не способны вести боевые действия сообща и противостоять многочисленным врагам.

Идигер прошелся по залу.

Поступь его была тверда и уверенна, словно он чувствовал себя здесь полноправным хозяином.

— От прежней Ногары не осталось ничего. Союз легионов избрал императора, но это лишь формальность, у него нет никакой власти, и тебе это известно. Даже сейчас командиры легионов начали совет, не дождавшись повелителя вашей умирающей империи. Да и кого они поставили над собой? Твой муж — весьма сомнительная кандидатура на трон, признай это. Верховный жрец, дважды нарушивший обет безбрачия...

Он молит о помощи богов, давно покинувших эту землю... Слабый человек во главе слабой державы.

Жрец Тота рассмеялся.

— Может быть, и так, — холодно произнесла Ксаннея. — Но на мой век хватит и той власти, что есть. Тебе нечего мне предложить.

Идигер вновь рассмеялся.

— Вот еще одно доказательство полного упадка вашей империи. Прежние правители пеклись о процветании державы, о ее могуществе на долгие времена, нынешних же заботит лишь собственное благополучие. Но уверена ли ты, что это твое благополучие продлится достаточно долго?

Императрица поднялась.

— Ты чересчур красноречив, жрец, — неприязненно заметила она, — Уверен ли ты сам, что сможешь покинуть дворец целым и невредимым? Стоит мне подать сигнал страже, и ты окажешься в подземелье, где за твои дерзкие речи палачи превратят тебя в жалкий обрубок.

— Смерть не страшна тому, кто служит одному из ее богов, а боль я терпеть умею, — невозмутимо заверил Идигер императрицу.

Ксаннея нахмурилась.