Император полночного берега

— Мне нет дела ни до тебя, ни до остальных рабов. Убирайся из моей спальни.

Дверь неожиданно распахнулась и на пороге появился царь Ксеностос. Он взглянул на растрепанную царицу, полуодетого Аррелия, перевел взгляд на смятую постель и нахмурился.

— Чем это вы тут занимаетесь?

— Разве ты не видишь? — отозвалась царица. — Этот раб ворвался сюда и силой овладел мною. Он обесчестил тебя! Вырви ему потроха!

Царь Ксеностос не успел ни позвать стражу, ни схватиться за кинжал. Аррелий подхватил скамью и мощным ударом расколол ее о голову правителя Хорума.

Царь сполз по стене на пол, однако через мгновение сделал попытку подняться. Аррелий вырвал кинжал из-за пояса царя и коротким ударом всадил бронзовый клинок в сердце его владельца.

Минессис взвизгнула. Выдернув кинжал из тела царя, Аррелий метнулся к женщине и зажал ей рот ладонью.

— Не ори, — приказал арамей. — Отвечай, где тот мальчик, которого схватили вчера у решетки подземелья, и тот человек, что был с ним?

— Их уже нет в крепости, — сдавленно прошептала Минессис.

— Я не знаю, куда они ушли.

— Пойдешь со мной, — распорядился Аррелий. — Поможешь мне выбраться из крепости. Услышу хоть один лишний писк — тут же перережу тебе глотку.

— Я не могу... — испуганно пролепетала царица.

— Можешь, — заверил ее арамей и, схватив за волосы, встряхнул. — Одевайся.

Когда спустя некоторое время в комнату заглянули Онессес и Аксес, там лежал лишь труп правителя Хорума, которого они разыскивали по всей крепости. Аксес присел возле мертвого тела, распластавшегося у ложа.

— Похоже, жена-потаскушка все же довела нашего правителя до могилы, — заметил он, ухмыльнувшись. — Интересно, кого царь застал в ее постели на этот раз?

— Мне больше интересно, где искать царицу, — отозвался Онессес.

— Да ну ее к дьяволу — отмахнулся Аксес. — Нет времени на эту шлюшку. Заберем нашего столичного гостя, и в путь. Разговорим его по дороге. К рассвету нам лучше быть подальше отсюда.

* * *

Длинный хлыст со свистом рассек воздух и ожег плечи сразу троих невольников.

Кривоногий коренастый хишимер заорал по-ногарски:

— Поднимайтесь, арамейские ублюдки! Вас ждут каменоломни!

Три десятка арамеев, проданных царем Хорума хишимерам, принялись подниматься с земли. Получалось это довольно неуклюже, так как руки у всех были стянуты за спиной пеньковыми веревками.

Ночь по-прежнему озаряли сотни огней гипитов, словно пламя разлилось по степи. Кочевники все так же сотрясали землю в танце Огня.