Михаил Гущин. Ростовская академия

— Кильчицкий — витязь третьей ступени с атрибутом силача, в то время как Никитов — лишь единица. Миша, разве ты не понимаешь, что позволил затянуть себя в ловушку?

— Разберемся, — отмахнулся я, понимая, что эта проблема будет серьезной.

Только страсти улеглись, дверь в гостиную отворилась, и внутрь вошел дежурный. Он провел взглядом по комнате, взглядом разыскивая кого-то, и направился к нашему столику. Странно, и почему я не удивлен?

— Гущин? Иди за мной, Ирина Николаевна вызывает тебя в свой кабинет. Срочно!

Ясно, неприятности даже не думали прекращаться.

Интересно, они теперь все по очереди будут вызывать меня на разговор? Кто следующий, сам Карнаухов? До кабинета Андрияновой я добрался минут за пять и за это время успел прокрутить в голове все возможные причины, почему она меня вызвала. Дежурный попросил меня постоять у двери, а сам занес руку, чтобы постучать, но услышав громкий мужской голос, ненадолго замер в нерешительности, подарив моим ушам пару полезных секунд, чтобы услышать то, чего мне не следовало слышать.

— Ну, не могу я, Ирина! — закричал мужчина голосом Карнаухова. — Ты представляешь какие последствия это вызовет? Тем более, не сейчас, когда все так хрупко.

В этот момент дежурный все же постучал и дернул ручку двери. Естественно, разговор прервался.

— Ирина Николаевна, по вашей просьбе Гущина разыскал и привел к вам.

— Спасибо, Константин, скажи ему пусть войдет!

— Подождите оба за дверью минутку, — попросил Карнаухов.

— Павел Игнатьевич, если вы мне больше ничего нового не хотите сказать, то позвольте мне заняться своими прямыми обязанностями, а именно — навести порядок в академии.

Ничего себе! Ирина Николаевна только что осадила самого князя, или мне показалось? Я даже заглянул внутрь кабинета, желая убедиться, что это действительно Карнаухов и мне не послышалось.

— Заходите, не стойте столбом, — сухо бросила мне Андриянова.

Я вошел в кабинет и стал справа, обогнув шкаф с документами. Ирина Николаевна стояла у окна, скрестив руки на груди, и выглядела явно недовольной.

А вот князь выглядел очень растерянным. Он подошел к двери, но у самого выхода резко повернулся и произнес:

— Ирина Николаевна, просто немного подождите. Не могу я пойти на это сейчас... Ситуация наладится, и тогда мы с вами решим этот вопрос.

— А она когда-нибудь наладится, Павел Игнатьевич?

— Сейчас не понял что конкретно вы имели в виду?

— Поговорим об этом позже, — с нажимом произнесла Андриянова, кивнув в мою сторону.