Целительница. Выбор

- Что она кричит? – зацепилась я взглядом за женщину, которую с трудом удерживали двое мужчин.

Пыталась прорваться к дому она уже не в первый раз. И все время что-то кричала, кричала, кричала…

Впрочем, кричала не только она. Развалины были буквально облеплены мужчинами, многие из них рыдали в голос.

Рыдали, но иступлено продолжали растаскивать завал руками.

Как я не завыла вместе с ними…

В какой-то миг показалось, что в душе все умерло. Осталась лишь упертость.

- Зовет дочь, - опередил Исмаила Серега.

Изначально предполагалось, что на этом микрорайоне будут работать все шесть групп, но кроме уральцев из-за циклона не смогли вылететь еще и омичи, так что пришлось разбиться. Наши две остались здесь, остальные четыре перебросили на супермаркет.

- Девочке лет четырнадцать-пятнадцать? – продолжая смотреть на женщину, спросила я.

И тут же прикусила губу, коря себя за беспечность. Ведь предупреждали меня…

Вот только «вставшая» перед глазами картинка: мощный, тяжелый стол, под крышкой которой скукожилась напуганная юная девушка, была такой четкой, что вопрос я задала, даже не задумываясь.

Мне повезло, ни Сергей, ни Исмаил не увидели в нем ничего особенного. Посчитали, похоже, что прикинула по возрасту.

- Да, старшая. Младшая в садике была, их эвакуировали в безопасную зону.

Словно этих слов и не хватило, чтобы все сдвинулось, смешалось.

Мужчина, доставший как раз в это мгновение из-под отваленного в сторону блока детскую игрушку, вдруг поднялся.

Выражение его грязного, покрытого разводами лица, было жутким. Дикие глаза. Заострившиеся скулы. Оскал. Дергавшийся кадык…

За ним встал второй. Третий…

Внутри дернулось. И, похоже, не только у меня.

А тот первый сделал шаг и, прижав игрушку к груди, вдруг опустился на колени и заорал:

- Да что же вы стоите?! Не люди вы, что ли?! Там же…

Не закончив, он вдруг как-то обмяк и начал заваливаться набок.

- Твою… - выругавшись, бросился к нему среагировавший первым Игорь.

Игорь еще что-то бурчал, растягивая над мужиком диагностическую магему, но я этого уже не видела и не слышала. Зажмурив глаза и закрыв уши руками, замерла, беззвучно воя.

Ночь уже почти закончились, но лучше бы утро не наступало.

В отблесках костров, в полосах света от прожекторов, все выглядело жутко, но оставалось обрывками, не складываясь в единую картинку.