Поворот ключа

– Я сказала: вам здесь не рады! – приподняла клюку старуха, ударив той по полу и создав невидимую, но ощутимую энергетическую волну, сбросившую со стен всех цепко рассевшихся там, как пауки, упырей, попадавших со сруба на землю и недовольно заскрежетавших зубами от такой дерзости в свою сторону.

Мирра жалась к матери, хватая ту за талию и прижимаясь к бедру. Нежная заботливая ладошка поглаживала по всем заплетённым косичкам в тщетных попытках как-то успокоить и сбить нарастающее изнутри напряжение.

Снова раздался всё тот же стук, с чуть большими промежутками между ударами, ставшими более сильными и оттого более громкими. Клотильда попросила Дани помочь ей и сдвинуть стол к центру комнаты. Едва она убрала небольшой ковёр, на котором тот стоял, открылась дверца в подземный лаз, куда тут же велели направиться девочке.

Маленькие каменные ступеньки вели неглубоко, сверху свет проникал в щели между половыми досками, а внутри была лишь кладка из серых камней и ничего кроме: ни припасов, ни мебели, ни мешков, просто небольшая узкая комнатушка, где девочке пришлось затаиться в углу, поджав колени.

Все эти попытки постучать снаружи были не более чем проявлением любезности или даже игрой в кошки-мышки. Одним рывком под треск всех засовов дверь сорвали с петель направленным магическим действом. В сенях раздалось постукивание чьей-то обуви под неспешные и вальяжные шаги, и вскоре в дверном проёме показалась женщина в широкой тёмной шляпе с приподнятыми полями.

Брошь с эмблемой орла – символом ордена – украшала тонкие чёрные ленты завязок на вороте её белой атласной блузки с красивыми кружевными манжетами. Поверх той был надет блестящий чёрно-синий жилет с тесьмой вдоль застёжек и помпезными эполетами с серебристой бахромой и фигурами смотрящих в разные стороны металлических черепов без нижней челюсти.

Снизу же было ощущение, что на даме одновременно и брюки, и ещё декоративная юбка поверх них, а чёрные блестящие туфли с небольшими каблучками венчались в носке украшением в виде серебристой розы с жемчужиной под цвет её волос в центре цветка.

Лицо, да и вся кожа, казались бледноватыми на фоне находящихся в доме людей, губы были напомажены чёрным, ресницы столь густые и большие, что даже представить подобное было тяжко.