Проклятый ранкер. Книга 5

Тут царила настоящая разруха, добрая половина зданий были разрушены, в частности те, что были из дерева. На земле можно было заметить следы запекшейся крови, говорящие о том, что без жертв не обошлось.

Я углубился ещё сильнее, одновременно замечая, что неподалеку дымит костер, и запах паленого мяса доносится оттуда…

И вот уже через минуту я столкнулся с тем, о ком говорил Герран.

Орки, собственной персоной. Их было трое, и все гипертрофированно большие. Напоминают одного зеленокожего супергероя из фильмов по габаритам, а вот рожей словно они были продуктом целенаправленного многовекового кровосмешения.

Они сидели перед костром и делали шашлык.

И шашлык этот был их какого-то бедняги, что попался им. Тело человека было переломано и неумело насажено на импровизированный, сделанный из арматуры шампур. Жуткое зрелище.

Они были так увлечены готовкой, что совершенно не обратили внимание на человека, неторопливо идущего прямо к ним.

– Эй! – крикнул я, едва сдерживая бурлящие эмоции, и уверенным шагом направился к ним, доставая Скорбь.

Орки удивленно переглянулись, а затем посмотрели в моем направлении. Кажется, они удивились тому, что какой-то человек решил помешать их трапезе. Один из них даже обрадованно улыбнулся кривой, немного жутковатой улыбкой и, подавшись вперед, поманил меня, словно собаку.

Остальные двое неторопливо, я бы даже сказал лениво потянулись за своим оружием, попутно обмениваясь друг с другом невнятными урчащими звуками.

Я подходил все ближе и ближе, пока в какой-то момент зеленая гора мускулов не сорвалась с места, бросившись на меня с ножом в руках. А в следующий миг я уже был за его спиной, резким и, чего уж скрывать, пафосным движением стряхивая кровь с меча. С такими существами необходимо демонстрировать силу, иначе все может обернуться куда хуже.

Орк рухнул на колени, ревя от боли, а его отрезанная рука упала рядом, всё ещё сжимая в пальцах тот самый нож. Двое оставшихся орков перестали смеяться и теперь относились ко мне серьезно. Заревев, они бросились ко мне, и я не смог сдержать кривую усмешку.

У меня было двести тысяч единиц Тела, а пока в моих руках Скорбь, они превращались в восемьсот тысяч. Это давало ощущение всемогущества.