Светоч Богини Ло: противостояние

- Ха-ха-ха!!! Если рассуждать так, то пакости получили полезные последствия, - сыронизировал Дима.

- Даже злодеи иногда приносят пользу! Не знала! – Лера и рада была пошутить, но всё равно в каждом упоминании о Бахире получался довольно грустный подтекст.

- А Лёша-Старший уже успел всё Громовое целителькое отделение на уши поставить, - поспешил сменить тему Дима. Ему тоже не хотелось говорить о грустном в такой наполненный умиротворённостью момент.

- Как?! Его ещё не уволили? – Удивилась Лера.

- Как видишь, - улыбнулся Дима.

– Ухитрился таки приработаться.

- Хранители Лёшу долго не выдержали почему-то.

- А попробуй поработать немного с самой тётей Лолитой! – Продолжал веселиться Дима. – Она кого хочешь достанет!

Лера провела рукой по Диминой щеке. Веселье разом прекратилось. И лишь птичья трель прерывала тишину. Губы Леры и Димы соприкоснулись. Больше не осталось ничего важного… кроме аромата любимого человека…

***

- Всемогущий, я не могу ближе подобраться к компании носительницы. Они так и не подпускают к своему кругу общения.

Как ни старалась втереться в доверие, ничего из затеи внедрения не вышло. – Лайма старалась как можно доходчивее объяснять причину провала задания. Бахир слишком скор на расправу. И ему глубоко плевать на независящие от подчинённой обстоятельства. Сердце Ламы замирало от леденящего душу ужаса. В принципе брюнетка могла сыграть на нежной привязанности Бахира, если бы не один печальный факт: всемогущий никогда ни к кому не испытывал нежных чувств. Он даже собственного отца убил без особых сантиментов. То, что Лайма добровольно-принудительно делила с ним ложе, совершенно ничего не значило. Брюнетка отлично знала: она для главаря всего лишь временная игрушка, которую можно выбросить за ненадобностью.

- Не подпускают к себе, говоришь? – Глаза Бахира нехорошо блеснули. – А не выдала ли ты себя случайно?

У Лаймы зашумело в ушах от приступа паники. Но брюнетке пришлось взять себя в руки. Страх лишь только бы подтвердил догадки главаря. А жить то Лайме хотелось намного больше, чем отдаться воле панического ужаса.

- Чем может выдать себя тихая уборщица? – Брюнетка изо всех сил старалась держать голос под контролем. Губы Лаймы дрогнули из-за действия стресса. Она вымученно улыбнулась.

Бахир привычным жестом сгрёб крошки на столе в кучу, вяло водил вокруг неё пальцем.

А за окном надвигались сумерки.

Лайма отчаянно мечтала, чтобы этот садист поскорее свалил восвояси. Присутствие Бахира здорово нервировало.