Демоны пустыни (Белый волчонок - 2)

Он рассеянно обводит рукой нашу помятую композицию.

— Да ничего, моим парням размяться не помешает, — не расстраивается мужик. — Ха, смотри-ка, пацан чуть троих ифритов не уложил.

Его глаза темнеют и он добавляет еще что-то, звучащее угрожающе. Судя по невеселым лицам охраны, это был не комплимент. Я насчет «чуть» сильно сомневаюсь не в свою пользу, но вежливо молчу.

Надо же послушаться совета бабки и помалкивать.

— Ладно, уговорил, — Иредж машет рукой наверх. — Пойдем. Вижу, что такому бойкому понадобится мое мастерство.

Мне не очень хочется сдавать прием, против которого в следующий раз будет защита. Но брат кивает, и я следом за ним. Ладно, буду тушить песком.

Я раздумываю над возможностью создания локальной песчаной бури, пока следую за Яром. Узкими крутыми лестницами мы поднимаемся на пятый этаж, проходим длинный коридор и попадаем в то, что татуированный с гордостью называет мастерской.

Глаза, от резкого контраста, сначала не верят. Идеальная чистота и порядок. Почти стерильная комната, облицованная светлым крупным кафелем. И даже воздух какой-то нейтральный, со слабым запахом дезинфекции.

Посреди помещения стоит медицинский топчан, такой, со сгибающейся спинкой. И ремнями, что сразу меня напрягает и вынуждает отступить.

— Это для исключительных случаев, — объясняет мне мужик и поворачивается к Яру. — Ты ему вообще ничего не объяснил? Неудивительно, что он чуть мой дом не разнес.

— Ладно, больше не буду скрывать куда я иду и зачем, — сдается Яр.

Ну наконец-то! Если каждый раз мне придется сбивать таинственность такими способами... Надо быстрее учиться.

— Так где я?

— Иредж редкий мастер. По очень редким татуировкам, — снова начинает нагнетать брат, понижая голос, и показывает свои руки. — Вот эти - его рук работа. И я даже не знаю, сколько раз они меня спасали от тварей хаоса.

— Так это защита от демонов? — до меня, наконец, доходит по каким именно тату он мастер.

— Не совсем, — Иредж отходит к дальней стене и гремит какими-то склянками, стоящими рядами на столе. — Это усиление твоего собственного дара, но только в отношении всего, что касается хаоса. То, что я наношу, вытягивает часть силы из твари, напавшей на тебя, и ей усиливает защиту или атаку. Зависит от обстоятельств.

— Силы хаоса? — мне становится дурно, в горле начинает печь.

А вот таких приколов не позволит слово, данное императору.