Демонолог

— Социальная служба уведомлена о вашем бедственном положении. Насколько мне известно, сейчас ищут вашего отца. Пока с ним не удалось связаться. Буду держать вас в курсе. И морально настройтесь на визит детского инспектора — на днях к вам по-любому заявятся.

— Хорошо.

Мы с сестрой переглянулись.

— Он не придет, — уверенно заявила Полина.

Еще недавно девочка утверждала обратное.

— Я тоже так думаю. Займись чем-нибудь, ладно? Мультики посмотри. Тарелку можешь взять с собой.

— А ты?

— Полезу в глобал.

— Играть будешь?

Награждаю сестру долгим взглядом.

Та не выдерживает, ерзает на стуле.

— Нет. Мне надо найти что-нибудь... полезное для нас.

— Ты изменился, — вновь зявила сестра. — Мама не разрешает нам есть перед телевизором.

Я не стал поправлять девочку. Теперь об Анне Васильевне можно говорить исключительно в прошедшем времени...

— Я разрешаю. Иди.

По дороге в комнату я отметил, что еда, которую мы разогреваем, закончилась. Мама любила выготавливать основательно, в большой кастрюле, чтобы не тратить время понапрасну.

Привычка человека, загруженного делами по самые уши.

В тарелке у меня картошка, последняя котлета, жареное яйцо и горка салата. Поэтому я и выбрал большую квадратную тарелку, используемую в нашей семье по праздникам. Порция сестры улеглась в такую же.

Пока загружается компьютер, наворачиваю еду из микроволновки. Котлета внутри холодная, но это легко пережить. Главное — найти то, что я ищу.

Не проходит и пяти минут, как за спиной раздаются осторожные шажки.

— Ладно, — я даже не оборачиваюсь.

— Только не отвлекай.

Полина устраивается на кровати.

Я вхожу в глобал.

Первое, что меня интересует, это полномочия мистических «органов опеки». Оказывается, нет никаких органов. В Неоме вопросами беспризорных детей занимается соцслужба. Там целая комиссия. Преимущественно тетки с педагогическим образованием. И везде прописано, что несовершеннолетние в Московии должны иметь родителей, усыновителей либо опекунов. Никаких вариантов. Самостоятельное проживание — после шестнадцати.

Почему так? В пятнадцать-шестнадцать простолюдин получает на руки аттестат о базовом образовании и теоретически может устраиваться на низкооплачиваемые работы. С этого же возраста наступает уголовная и административная ответственность.

Мне — пятнадцать.

И это проблема.

Замечаю, что во всех официальных документах прописаны «непробужденные граждане». Так, получается, что кое-кому закон не писан?

Ищу сведения по одаренным.

Брешь, как ни странно, обнаруживается.