Кельт. Место под солнцем

Но сейчас о шебуршении на рынке уже говорил весь Старый Дом, а значит и весь Гнилой Конец. И я даже представляю, что он мне предъявит. Ведь пока мы зарабатывали грошики, прикрывая торговцев, остальные оборванцы несли убытки.

Так же не внушало доверия и место, выбранное для стрелки. Пустырь находился почти на окраине города. При разборке на улице всегда был шанс, что добросердечный толстобрюх выкличет стражу, и она спасет от неминуемой смерти. На Пустыре же таковых не имелось.

Ранее, я бы, может, и послал бы Шала ко всем чертям, но ранее нам ничего не стоило и затаиться.

А теперь, только попробуй так сделать и все придется начинать сначала.

Так что, проблему надо было решать.

И я тут же начал предпринимать шаги для ее решения.

Первым делом я послал Жага за Косым.

– Здарова, – сказал с улыбкой, когда через час они объявились на рынке. – Пойдем, пройдемся.

– Ага. И тебе не хворать.

Косой с сомнением посмотрел на греющегося на тусклом солнышке Баньгу и его собрата и хмуро кивнул.

– Ниче не хочешь мне передать?

В моем голосе совершенно не было злобы, но от того на Косова он произвел еще более пугающее впечатление.

А все потому, что вчера утром на берегу Лепешки нашли изуродованное тело подручного Баньги. Слухи на его счет пошли гулять самые разные, но все они были довольно темными. Косой, походу, уже понял, что случайно угодил в довольно неприятную историю.

Ха. Это он еще не знал, что я сейчас ему предложу!

Но вначале он отсчитал мне два десятка медяков, хотя я, признаться, удочку закинул на авось.

Ни про какие делишки его банды не слыхал.

– Отлично. Ну а теперь, к делу. Завтра на пустыре стрелкуюсь с Шалом. Я хочу видеть тебя и твоих парней там.

Косой помрачнел еще больше. Его вытянутое лицо приобрело выражение срущего больного геморроем.

– Кельт… Я в эти игры не играю… Мое дело маленькое…

– Твою мать, ты до скончания жизни собираешься яблоки воровать? Возьми яйца в руки! Я те реальные дела предлагаю! Будешь при мне так же как Баньга.

Не обижу и другим в обиду не дам.

При упоминании Баньги, Косой бросил взгляд за мою спину. Как ни странно в последние пару дней орки выглядели получше. Старик сказал, это от того, что во мне раскрылась Печать и я стал, сам того не желая, подпитывать Ведомых энергией.

– Кельт… Но Шал… Они ж нас замочат…

– Не замочат, если мы туда придем всем многолюдством. Пора кончать с поборами. Сами ни хрена дела не делают, а только доят!

На Косого жалко было смотреть.