Инквизитор.

А затем раздался свист и в шею мальчика ударила стрела. Брызнула кровь, а он сам выронил копье, сжав руки на деревянном древке. Но сделать ничего больше не смог и вскоре упал на землю, рядом с другими убитыми жителями.

– Сир, вы в порядке? – спросил один из охотников.

– Что? Да, в порядке. Двигаемся дальше, – ответил я, после чего мы впятером бросились дальше вглубь деревни.

Сказанное не было правдой. Все произошедшее, этот чертов бой… Раз за разом на ум приходил один вопрос – какого черта я творю? Что делаю на этих улицах? И все же остановиться, отказаться от схватки было невозможно.

Я не мог просто уйти в сторону, позволив своим воинам сделать всю работу. Потому что подобное было бы лишь попыткой переложить свою вину на чужие плечи. Да и разве можно было оставить это поселение? Не идти на штурм?

За этими размышлениями я сам не заметил, как оказался на центральной площади селения и здесь по сознанию оказался нанесен новый удар. Все виденное ранее было обычным. Да, чувство скверны реагировало на присутствие местных жителей, да, вид деревни навевал мысли об упадке, но в целом Лесная мало чем отличалась от других поселений.

И тем сильнее оказался контраст.

В центре сельской площади находилось множество установленных вертикально бревен, к которым цепями были прикованы женщины, мужчины, животные. Все они находились в крайне плачевном состоянии. Голые, грязные, покрытые кровью и не только ей. Каждого из присутствующих отличал взгляд – пустой, лишенный даже капли жизни. Только мерные вздохи говорили о том, что они еще не являлись мертвецами.

Отдельного слова заслуживало сооружение, возведенное в центре площади. И слово это матерное. На голой земле покоился алтарь, созданный из костей. Они были сплавлены какой-то магией, образуя цельную купель, в которой сейчас находилась жертва – скованная по рукам и ногам старуха, на половину погруженная в кровь. Все ее тело было покрыто гематомами и следами от плети. На иные подробности было просто тошно смотреть.

– Отец Доминик, – хрипло проговорил я, обратившись к оказавшемуся рядом аколиту.

– Да.

– Позаботьтесь о них.

– Конечно, конечно.

– Только возьмите кого-нибудь себе в защиту, мало ли как себя поведут спасенные.

Отдав распоряжение, я повернулся к другим вышедшим на площадь солдатам, сделал глубокий вздох.

– Всем! Обыщите деревню. Загляните под каждый камень, в каждую щель. Ищите еретиков. Каждого носителя скверны убить на месте, трупы сволочь к этому непотребству, – моя рука указала на алтарь.