Инквизитор.

Еще неправильней выглядел питомец «человека», напоминающий собаку, но лишь отдаленно. Мощное жилистое тело зверя вместо шерсти покрывала странная дымка, а на морде очень ярко выделялись горящие красным глаза. Их я запомнил весьма отчетливо, поймав на себе взгляд монстра.

Надо сказать, встреча оказалась ожидаемой обеими сторонами. Однако первым из нас сумел среагировать оками, бросившийся в атаку. И в этот же момент он смог продемонстрировать первое свое качество – невероятно быструю скорость.

Во мгновение ока волк преодолел десяток метров, а затем взвился в прыжке, нацелившись на собаку. Еще секунда и двое зверей сцепились в яростной схватке.

Тогда же очнулись и остальные присутствующие. Незнакомец быстро вскинул оружие, пустив в меня стрелу. Но та была принята на вовремя извлеченный из сумки щит, а я сам бросился на противника. Тогда враг запустил руку под плащ, а затем метнул какой-то предмет. Снаряд вновь был принят на щит, но в этот раз это не смогло полностью меня уберечь – потому что брошена оказалась склянка, после удара выпустившая облако крайне едкого дыма.

Никогда не ощущал на себе свойства слезоточивого газа, но предположу, что испытал в тот момент схожие ощущения. Глаза заслезились, к горлу подступил ком, мучительно захотелось зайтись в приступе кашля. Но я переборол себя, и бросился вперед. Несколько шагов и проклятое облако оказалось преодолено, а прямо передо мной показался противник. Тот уже отбросил в сторону лук и выхватил палицу, но применить ее по назначению не успел.

Раздался свист, а затем в теле врага расцвело оперение стрелы. Довершил дело удар утренней звезды.

В это же время закончилась схватка между волком и псом, в которой верх уверенно одержал наш зверь. Оками гордо выпрямился, возвысившись над бездыханным трупом противника и обвел всех внимательным взглядом. Я также осмотрелся, с удовлетворением отметив отсутствие пострадавших. После чего направился к убитым, намереваясь понять главное – кем те являлись.

Мертвец оказался человеком, но измененным. Те же черные жилы, что прежде были заметны на руках, также пересекали лицо и торс. При этом «чувство скверны» реагировало как на него, так и на его пса. Животное, к слову, после смерти куда больше стало походить на собаку, нежели при жизни. Темная дымка рассеялась, явив вполне обычные стати, разве что объем челюстей все еще внушал уважение.