Свадебный переполох в Великом Краале Кумбу

Поняв, что на этом возможности медицины Кумбу полностью исчерпаны, арьян отправил Абрикосика — так звали раба Шимпи — за ровными палочками, глиной, тканью и яйцами. Мальчишка оказался смышленым и через час принес все требуемое.

Лом наложил на сломанное предплечье шину из палок, в несколько слоев обернул тканью, обильно смазанной смесью глины и яйца и отправил бойца на солнцепек сушить повязку.

Шимпи следил за всеми этими манипуляциями с плохо скрываемым суеверным ужасом. Он не мог противиться воле господина, но если бы не это обстоятельство, он скорей предпочел бы положить руку в пасть крокодилу, чем подвергнуться действию этой таинственной и жуткой в своей противоестественности белой магии.

Последнюю надежду сохранить конечность он возлагал на крепко стиснутую в кулаке куриную голову, так как двух коров для Калембаса у него не было.

***

После полудня Лом снова пришел к Шимпи.

— Помоги мне победить Хубеба.

— Я? — изумился чернолюд, — Но ведь ты сам побил меня!

— Мне нужно подготовиться.

Я никогда не видел этого горностанца, не представляю, насколько он силен, как предпочитает драться. В чем хорош, а где слаб. Ты наверняка знаешь. В твоих интересах, что бы я побил Хубеба. Во-первых, только я могу освободить тебя. А во вторыыых, — протянул Лом, затягивая паузу

— А во-вторых? — поторопил его чернолюд, предвкушая нечто восхитительное.

— Только в случае моей победы ты сможешь похвастаться, что Хубеба одолел твой ученик.

Удар достиг своей цели. Впрочем, по раздутому самолюбию Шимпи было трудно промахнуться, на мгновение он провалился в грезы, словно хлебнувший дозу какакалы ломехузский батрак. Взгляд утратил осмысленность, рот приоткрылся, влажно блестя зубами.

— Хорошо, — придя в себя, произнес он, — Но ты обязательно скажешь о том, как сильно я тебе помог во всеуслышание! Что бы каждый в Кумбу узнал об этом. И пообещай, что освободишь меня.

— По рукам! — согласился Лом, как бы невзначай поддев чернолюда.

— Мужчины горного народа славятся искусной борьбой, потому что с юности практикуются в ней, насилуя самок горилл. Они учатся уворачиваться от ударов в игре с дикими ослами, цель которой пристроить им в зад свой мбонго. Хубеб лучший из них. И самый стойкий. Бить его по голове бесполезно, ее не прошибить и палицей из дерева зупакку, уязвима только челюсть, попасть в которую не просто: Хубеб держится низко, прижав ее к груди.