Ел я ваших демонов на завтрак! Том 1

Две послушницы, которые находились на кухне, усиленно делали вид, что они ничего не видят – чистили овощи, низко склонившись над кастрюлями. Мне-то, конечно, пофиг. Но вот Аните косточки они точно пополощут…

Хотя, она взрослая девочка, и это не мои заботы.

Я поел и отправился читать рукописи сэнсэя Макото.

Меня немного беспокоило, что я так и не чувствовал Аргха, но предположил, что это потому что нахожусь в храме.

О том, как я буду читать записи Макото, я не думал. Раз в школе понимал иероглифы, значит, и тут проблем не должно возникнуть.

Всё-таки, хорошо, что не вся память пацана исчезла – кое-какие навыки остались. Если бы мне достался чистый лист, было бы намного труднее.

Жилые кельи расположили таким образом, чтобы в каждой было окно. Причём, окна можно было открывать и впускать в комнату свежий воздух. Во всяком случае, в келье сэнсэя Макото оказалось всё именно так.

Это была комната, размерами чуть побольше той клетушки, в которой я под кроватью пытался вызвать карту, а вместо этого подслушал разговор двух послушниц.

Тут так же были топчан, стол со стулом и стеллаж, полки которого заполняли свитки и фолианты. На столе, придавленная камнем, лежала стопка чистой бумаги. Рядом стоял прибор, который я распознал, как чернильницу и перья для письма. Перья – это, конечно, очень образно. На самом деле это был пучок хорошо заточенных полых трубочек – расходные материалы, что поделаешь. Тут не изобрели ещё ни шариковых ручек, ни стальных перьев, ни карандашей.

Чистая бумага и перья меня пока не интересовали. Разве что с познавательной точки зрения. С другой стороны, я понял, почему в школе не было ни учебников, ни тетрадей, и вся информация передавалась и изучалась по памяти. Просто по-другому тут и не получилось бы, наверное. Бумага, наверное, дорогая. Да и перьев не напасёшься.

Скользнув взглядом по писчим принадлежностям, я подошёл к шкафу и взял первый попавшийся фолиант, перенёс его на стол и раскрыл.

Это была явно старая книга.

Заглавие гласило: «Нетленный труд великого отшельника Бокачо в год рисового изобилия».

Не скажу, что с трепетом, но с некоторым волнением открыл книгу. Посмотрел, о чём писал великий отшельник Бокачо. Закрыл книгу и отнёс обратно на полку.

Этот самый «нетленный труд» поучал молодёжь, как вести себя, сеял разумное доброе вечное… Сей труд был написан для вечности. Странно, что сэнсэй Макото прочитал его.

Хотя в этом толстенном фолианте было две закладки.