Наследие-надежды

Подобная обстановка мучила Кэтсу изнутри, но он был бессилен в этой ситуации. Нахмурившись, уже отвлеченный от книги, мальчик смотрел в окно, углубляясь в свои мысли.

После быстрого ужина, Кэтсу и старик отправились на ежедневную вылазку к старому маяку, что стоял на вершине холма, на значительном расстоянии от дома, чтобы зажечь пламя на башне. Сам маяк, построенный из камня и уже старой, подгнившей древесины, удивительным образом все еще стоял на своем месте, несмотря на постоянные ветра. Пока Гоба поднимался вверх по ступеням с факелом для маяка, мальчик остался стоять рядом с повозкой, запряженной буденновской лошадью, которая терпеливо ожидала своего хозяина для поездки в деревню.

Кэтсу с легкой завистью взглянув на лошадь, погладил её гриву, чувствуя небольшое разочарование тем, что ему снова придется остаться дома.

Пока дед с внуком молча ехали домой, солнце медленно скрывалось за горизонтом, окрашивая небо в оранжевый оттенок и предвещая приближение ночи.

Подъезжая к развилке, Гоба обратился к Кэтсу:

- Ну, все, приехали. Возьми свою сумку и иди домой. Завтра я приеду на рассвете, позаботься чтобы дома все было хорошо.

- Да, хорошо, Деда.

Спрыгнув с сиденья, Кэтсу направился к очертанию дома, видимому за листьями деревьев. Старик дернул поводья и тронулся с места, а Кэтсу пошел по тропинке, но, уже подходя к входной двери, он внезапно остановился и, обернувшись, смотрел на удаляющийся огонек лампы. Руки Кэтсу задрожали, он вытащил из сумки мантию и, набросив ее на себя, произнес:

- К черту всё это.

И пошагал вслед за уезжающей во тьму повозкой...

Глава 2. Часть 1- Предвкушение

Глава 2. Предвкушение

Рыцарь в поколоченой броне знал, что над безымянным склепом, к которому он приближался, тяготеет проклятие. Он шёл через мерзлую пустошь, залитую лунным светом и уже различал вдалеке очертания городских строений, что выступали из снегов, словно трупы из плохо засыпанных могил.

Искрошившиеся от времени камни этого пережитка прошлого, прадеда Осколков Ледяных Колоссов, источали страх. Ужас, встававший на пути солдата невидимой преградой, замедлял поступь старого коня; ему казалось, будто некто убеждает его отступить, не доискиваться зловещих тайн, которые не открывались никому и никогда. Безымянный склеп располагался в самом сердце Небельтайской снежной пустыни, его полуразрушенные стены были теперь немногим выше снежных дюн.