Страж Времён: Начало.

— За что пьём, товарищи? За музыку?

— За музыку, исцеляющую душу, — посмотрев на меня украдкой, протянул Артём.

— За неё, родимую, — улыбаясь во всё широкое лицо, кивнул Женя. — Кэп?

— Значит, за музыку, — хмыкнул я, поднимая свой стакан к ещё трём.

Звучала гитара, пел знакомый голос, тлела мелодия в наших сердцах, распаляя их ещё и ещё. Мы не говорили после выпитого, только сидели, думая каждый о своём. О своих потерях, о своих жертвах, о своей судьбе. Мы не хорошие люди, не всё добро творим по жизни.

Но и хорошим-то человеком быть нельзя — можно только пытаться. Стремиться. Как говорится, трупы нас не осудят, а живые — живые, быть может, и поблагодарят. Я даже вздрогнул от того, как легко появилась эта мысль в моей голове. Верно. Мертвецов не вернуть. А мы — мы живые. Всё ещё. И жить-то надо ради тех, кто тоже живой. Так наша троица и сидела, слушая одну и ту же песню на повторе, совершенно не беспокоясь о том, что кому-то это могло надоесть.

Прошло, наверное, полчаса, прежде чем товарищи окончательно опьянели.

А вот владельца бара алкоголь не брал, он лишь продолжал подпевать, периодически подливая себе и нам.

— И ты встречаешь рассвет за игрой в дурака-а-а... — покачивая головой в такт словам, пропел бармен. Замер, оглядывая парочку, подошедшую к стойке. Шагнул к граммофону, убавляя пошедшую на соло песню. — Выпивка? Еда?

— Значит, я сижу, а там Хельга лежит... И ка-а-ак раздалось! Бабуля, походу, шаурмы наелась — завезли тогда свежей, целый ящик.

.. — рассказывал уже третий за вечер анекдот Женя.

— Да хорош, Жень... — схватился за голову, выпучив глаза, Артём. — Я не могу! Как представлю, так плохо становится...

— Это не анекдот, это какое-то психологическое насилие, получается... — пробурчал я с улыбкой, но товарищ и не думал обижаться.

— Вха-ха-ха! Вы слышали уже его? Тогда на кой я тут распалялся...

— Заткнись, — грубо оборвал его один подошедших людей. Бармен тут же нахмурился, но встревать не стал. Бородач, икнув, непонимающе обернулся.

— Мартини. Брат?

— Абсолютную тьму, я её в меню видел. Взболтать, но не смешивать.

— Ты ноль-ноль-семь что ли, гы... — поржал Женя, и мы рефлекторно его поддержали. — "Взболтать, но не смешивать!" Ха-ха-ха!

Почуяв неладное, я развернулся, уставившись на вошедших. Вытянутые, похожие друг на друга как капли воды лица. У одного — длинные блондинистые волосы, у другого — короткий чёрный ирокез, упавший набок лысой головы.